В этот момент дверь на кухню открывается, и внутрь заходит Роман Андреевич, которого я не видела с самого утра. Улыбка у него на лице, как всегда, насмешливая, и он, направляясь к чайнику, бросает:
— Здравствуйте, дамы!
Я буквально давлюсь чаем, а Лара моментально начинает хохотать, едва сдерживаясь, чтобы не разлить свой напиток.
Под распахнутыми полами халата Романа Андреевича красуется футболка, на которой красными буквами написано "Satisfyer"*. Мои глаза моментально цепляются за эту надпись, и я чувствую, как лицо вспыхивает краской. Лара, не сдерживаясь, смеётся всё громче.
*Satisfyer — не только фирма, выпускающая интимные товары, прямой перевод этого слова — удовлетворитель.
Рома
Осознаю ли я, что веду себя в свои тридцать пять как сопливый пацан, который дёргает понравившуюся девочку за косички? На все сто процентов. И, честно говоря, меня это забавляет. Её реакция на мои подколы — самое вкусное, что есть в моём дне. Я замечаю, как при каждом словесном обмене её глаза вспыхивают негодованием, а губы поджимаются в яростной попытке съязвить в ответ. И это сводит меня с ума.
Раз уж я не могу сделать с ней то, что мне хотелось бы больше всего — прильнуть к её телу, взять её, почувствовать её по-настоящему, — то пока буду взаимодействовать с ней так, как она позволяет. Только пока. Эти острые, колкие фразы и её недовольство — единственное, что у меня сейчас есть.
Но рано или поздно этот детский сад надо прекратить. А пока что — “Show must go on!"(прим. автора — шоу должно продолжаться)
С этими мыслями я лезу на один из популярных маркетплейсов, надеясь найти нужную футболку. Если не повезёт, придётся заказать печать самому. Хотя, откровенно говоря, я сомневаюсь, что подобная футболка вообще существует. Но, к моему удивлению, уже на третьей странице поисковой выдачи мне попадается именно то, что нужно — большие красные буквы "Satisfyer" во всю ширину футболки. Точно то, что я хотел.
— О да-а-а! — с широкой, почти злорадной улыбкой кликаю на нужный размер и кладу товар в корзину.
В этот момент рядом появляется Инна, одна из наших медсестёр, с явно заинтересованным взглядом.
— Роман Андреевич? — хлопает глазками она, заглядывая в экран.
— Не обращай внимания, просто нашёл кое-что интересное, — отмахиваюсь и быстро сворачиваю вкладку, чтобы избежать лишних вопросов.
Инна, прищурив глаза, подаётся ближе и, облокотившись на край стола, игриво касается моего плеча:
— Роман Андреевич, может, вместе посмотрим? Вдруг вы найдёте что-то, что мне тоже подойдёт, — её голос наполнен едва уловимым флиртом.
Я приподнимаю бровь, взглянув на неё с лёгкой улыбкой:
— Инна, боюсь, мои вкусы вам вряд ли подойдут, — сдержанно отстраняюсь и встаю с кресла, подчёркивая границу.
Она, чуть смутившись, отводит взгляд и хихикает:
— Ну, как знаете…
Я несколько дней ждал этого момента. Забрав свой заказ, на следующий день прихожу на смену в той самой футболке. Почти никто в отделении не догадывается, что значит надпись, да и пациентам я стараюсь не светить своей "креативностью", застёгивая халат до самого горла. Но я точно знаю, для кого приготовлен этот маленький спектакль.
Мой взгляд цепляется за Риту и Лару, направляющихся в сторону кухни. Вот оно. Идеальный момент для моего бенефиса.
Небрежно расстегнув халат, я следую за ними, делая вид, что просто решил пройти мимо. Как только они заходят на кухню, замедляюсь в коридоре у окна, пережидаю несколько минут и аккуратно присоединяюсь к ним.
Вижу, как Рита, обернувшись на шум, замечает меня. Её глаза недоумённо блуждают по фигуре, пока не останавливаются на футболке, на которой красуется та самая надпись.
Наступает короткая, но ощутимая пауза. А затем Лара разражается хохотом, а Рита закашливается, подавившись чаем.
Подмигиваю Рите, невозмутимо кидая:
— Маргарита Евгеньевна?
Она пытается взять себя в руки, но вижу, как её возмущение нарастает. Она отводит взгляд, будто это как-то поможет скрыть её смущение.
— Это что, ваша новая униформа? — язвит она, но я не могу не отметить этот огонёк в её глазах, несмотря на показное раздражение.
— А почему бы и нет? По-моему, отлично отражает мою заботу о сотрудниках, — усмехаюсь в ответ, продолжая свою игру. — Всегда рад помочь, как говорится.
Она фыркает, обжигаясь новым глотком чая, а Лара продолжает хохотать. Её веселье только подливает масла в огонь.
— Вот это у вас чувство юмора, Роман Андреевич! — выдавливает Лара, всё ещё смеясь.
— Ну, надо же как-то скрашивать будни, — спокойно отвечаю, подходя к чайнику, чтобы налить себе чаю. — А то в отделении все слишком серьёзные.
Довольный произведённым впечатлением, ухожу к себе в кабинет.
Круговорот пациентов, коллег, операций захватывает так сильно, что я теряю ощущение времени. Сутки пролетают, и под утро я понимаю — ложиться подремать уже нет смысла. Осталось лишь дождаться конца смены и отправиться домой.