При виде Карпова вся чета Левиных из высокомерных и холодных снобов в один миг превратились в нежнейших котиков. То, с каким радушием Лидия Викторовна бросилась обнимать Илью Сергеевича, лишний раз доказывало профессиональные умения женщины по части лицемерия.
Вот только генерал не спешил брататься с ними. Отстранив от себя женщину, сделал знак рукой, присаживаться. А когда все оказались на местах, официанты внесли в зал угощения.
– Илья Сергеевич, для нас большая честь, быть приглашенными на личный ужин в столь интимной обстановке, – расплылась в благодарностях свекровь.
Карпов выглядел немного утомленно.
– Лидия Викторовна, не стоит благодарностей. Я рад, что есть близкие люди, в которых я уверен, и за которых я готов пойти и в огонь, и в воду…
Свекровь смущенно улыбнулась.
– Я знаю, что смерть жены слишком сильно ударила по вам… И понимаю, как важно держаться вместе… Когда остается всем меньше родных людей…
– Александр Иванович, – Карпов обратился к Левину. Было видно, как сильно раздражала его эта тема разговора. – Как ваше настроение?
Мужчина кивнул.
– Жду назначения и готовлюсь выполнять свою работу.
– Саша! – осекла его свекровь. – Ну что же ты так…
– Я понимаю, – улыбнулся генерал. – Вы же для этого сегодня и пришли. Это главный вопрос…
– Нет, Илья Сергеевич, вы не так поняли!
– Но я приготовил для вас сюрприз… Павел… – он посмотрел на Левина. – Я рад, что ты принял верное решение. Марго – прекрасный человек и любящая жена. Да и семья – самое важное в жизни любого человека…
Павел тут же подобрался.
– Для меня это главная ценность! Я благодарен Марго, что она простила меня, и дала шанс сохранить семью.
Он притягивает к себе и целует в висок. Полумесяцы от моих ногтей на коже ладони помогают выдержать его близость и не сорваться на плач. Свекровь довольна поведением сына, еле заметным кивком она выражает свою благодарность.
– Александр Иванович, – генерал переводит взгляд на свекра. – По поводу повышения, поговорим чуть позже, хорошо? Сейчас давайте насладимся ужином. Возможно, не скоро получится попробовать что-то настолько же вкусное, – он засмеялся, и гости подхватили веселье.
Мне кусок в горло не лез. Вяло ковыряясь вилкой в тарелке, я считала секунды, когда все это закончится. Свекровь не замолкала, пела соловьем о трудностях службы сыночка, и о том, как они восхищаются товарищем генералом. Никогда прежде она не вела себя так откровенно фальшиво и навязчиво. Генерал давно дружит с четой Левиных, и каждый из них в общении всегда сохранял чувство собственного достоинства.
– Александр Иванович, Лидия Викторовна… Хочу вам признаться, но этот ужин я планировал с одной целью и с одним настроением, а в итоге все изменилось кардинальным образом. И сейчас ситуация совсем не благоволит вам… К сожалению, мне стало известно об очень неприятном инциденте… Вы же знаете, как сильно моя жена была привязана к Марго… Возможно, вам было неизвестно, но эта девочка и для меня стала важным человеком… Дело в том, что я не могу позволить сделать ей больно, и не могу простить вашей семье те поступки, что вы совершили…
Все трое представителей семьи Левиных перевели на меня взгляды. Недоумение, гнев сменялось пониманием. Паша сжал мое запястье под столом.
– Что ты сделала? – прорычал шепотом.
– Марго, девочка, – позвал Карпов. – Не могла бы ты спуститься вниз и найти мою помощницу?
Я была так напугана реакцией Левиных, что не сразу увидела телефон, прижатый к уху генерала. Началось. И сейчас Карпов давал мне возможность избежать потока ненависти и ярости от бывшего мужа и свекрови.
Когда я поднялась из-за стола, Паша все еще держал мою руку.
– Марго! – я опустила на него взгляд. Паша злорадно улыбался, уже представляя то, как отомстит мне. – Возвращайся скорее, я буду скучать…
На негнущихся от волнения ногах, я вышла и зала. Слышала как свекровь, в попытке обелить себя, пыталась очернить меня в глазах генерала. Слышала как Паша пытался рассказать Карпову свое видение ситуации. Я чувствовала злость, и стыд. Все грязное белье нашей семьи было вывернуто наружу. Но они просто не оставили мне другого выбора.
С каждым шагом, отдаляющим меня от них, сердце стучало все громче и чаще. В какой-то момент звук его биения перекрыл все остальные звуки вокруг. Мир сузился до одной точки – входной двери в конце коридора через которую в данный момент вбегала толпа вооруженного ОМОНа. Наблюдая за тем, как бесконечным потоком они несутся к обеденному залу и понимая, что каждый из них здесь во имя моего спасения, я наконец выдохнула – все кончено.
Перед глазами темнело, и даже прохладный воздух, наполняющий легкие не насыщал меня кислородом. Ноги вдруг стали такими тяжелыми, голова закружилась. Я опустилась на ступеньку крыльца, и в этот момент из входных дверей с заведенными за спину руками вывели Пашу.
В какой-то момент он вдруг поднял голову и наши взгляды встретились. Страх, оцепенение, паника – вот и все, что я увидела перед собой. Он больше не был тем грозным и яростным человеком, он больше не мог ударить меня или причинить боль.