Хвата пробудила от задумчивости внезапно открывшаяся дверь. На пороге возникла молодая женщина, та самая, которая умоляла его остановить бой: женщина с портрета. Увидев, что Таул спит, она вошла в комнату и прикрыла за собой дверь. Когда она подошла поближе, Хват заметил, что по ее лицу струятся слезы.
- Как он себя чувствует? - спросила она.
Хват одернул камзол и пригладил волосы. Судя по тому, как она одета, это очень знатная дама. В ту ночь на ней был простой шерстяной плащ, а теперь атлас и жемчуга.
- Неважно, госпожа. Весь вчерашний день проспал.
Легкий страдальческий звук сорвался с ее губ, и она метнулась к Таулу. Хвату достало мгновения, чтобы увидеть, что в руке у нее кинжал. Молниеносным броском Хват перекрыл ей путь, схватил за руку и отнял оружие. От нее пахло спиртным, и брага оставила мокрый след на платье. Не имея сил бороться, она разразилась новым потоком слез, бормоча снова и снова:
- Ненавижу его. Ненавижу.
Хват догадался, что Блейз, должно быть, умер.
Недолгое время спустя девушка как будто взяла себя в руки, вытерла слезы рукавом и подошла к ложу Таула. Хват не сводил с нее глаз, готовый кинуться на помощь рыцарю, если она вздумает причинить ему какой-то вред. Она потрясла Таула за плечо. Тот открыл глаза. Было видно по его мутному взгляду, что он отуманен снотворным. Низко склонясь над ним, девушка прошептала:
- Ты умрешь за то, что сделал вчерашней ночью.
Хват затаил дыхание. Таул взглянул девушке в глаза.
- Моя жизнь проклята, госпожа, и только смерть может дать мне покой.
Она плюнула ему в лицо. Хват сжал ее руку.
- Оставьте его, довольно он уже натерпелся! - вскричал он, стараясь оттащить ее прочь. Она вырвалась и снова повернулась к рыцарю.
- Ты не в последний раз меня видишь, Таул с Низменных Земель. - От этих слов Хвата пробрало холодом. Она постояла, дрожа от обуревавшей ее ненависти, потом повернулась и нетвердыми шагами вышла из комнаты.
Таул медленно сел, спустил ноги на пол и откинул покрывало.
- Во имя Борка, что я такого сделал? - спросил он.
Хват не знал, что ему ответить. Разве это можно объяснить? Таул до смерти измолотил человека и дал клятву, которую не имел права давать. Хват не слишком много знал о рыцарях Вальдиса, но понимал, что Таул преступил какой-то страшный закон, присягнув герцогу на верность. Он предал свой орден, и обратного пути ему нет. Хвату от души хотелось, чтобы этот бой никогда не состоялся.
Дверь открылась опять - что они тут, в Брене, стучаться не обучены? Вошел сам герцог, закутанный в плащ - как видно, в дорогу собрался, - с холодным, непроницаемым лицом.
- Что делала здесь моя дочь?
Хват ловко скрыл свое удивление. Дочь! Вот это да! Но Таул опередил его с ответом:
- Она приходила справиться о моем здоровье.
Даже и теперь, порвав все узы с Вальдисом, Таул оставался рыцарем: честь дамы нужно защитить любой ценой. Хват воспрянул духом.
Герцога как будто удовлетворило это объяснение.
- Ну и как же твое здоровье?
- Лучше. Благодаря искусству ваших лекарей.
- Это хорошо. Ты славно дрался в ту ночь. Больше всех меня восхищают те, кто отказывается смириться с поражением.
- Блейз был достойным соперником.
- Да, он хорошо послужил мне. Он умер нынче, рано утром. И это к лучшему, что он ушел: здесь у него уже не было будущего. Брен не прощает побежденных. - Герцог помолчал, устремив глаза в пол. - Признаться, мне не хотелось принимать у тебя присягу, но теперь я вижу, что поступил правильно. Ты победил - значит ты лучший. - Он повернулся к Таулу лицом. Я никогда не спрошу у тебя, почему ты оставил орден, но знай: теперь ты обязан верностью мне, и только мне, и я не намерен быть вторым после Вальдиса.
- Я не напрасно давал эту клятву. Я ваш, - твердо и открыто ответил Таул.
- Хорошо, я доволен. Я еду поохотиться на несколько дней. К моему возвращению ты, надеюсь, будешь готов занять свое место подле меня.
- Я буду готов.
Герцог протянул руку, и Таул пожал ее. Пожатие длилось долго - потом оно разомкнулось, и герцог ушел.
Впервые со дня своего прибытия в Брен Хват подумал, что у его друга еще есть надежда. Давно уже он не видел в Тауле такой решимости.
Мейбор постучал в дверь Баралиса. Он должен был сопровождать герцога на охоту в горы и хотел удостовериться в двух вещах: во-первых, что за эту ночь никакое чудо не исцелило Баралиса, а во-вторых, что королевский советник сознает, сколь тяжкое оскорбление нанес ему герцог. Баралис в горы не едет - его даже не пригласили.
Не получив ответа, Мейбор постучал снова. Нет, это и правда замечательно. "Только несколько доверенных людей да я", - сказал герцог. И он, Мейбор, оказался в числе немногих. А Баралиса исключили. Мейбор почитал своим долгом лично нанести советнику этот удар - жаль, что не смертельный.
Пара дней на охоте - как раз то, что ему нужно. Свежий воздух в легких, резвый скакун под седлом и хорошо заостренное копье в руке. Отличный случай показать свое искусство. Только вчера от портных доставили его новый гардероб, камзолы и плащи, способные привлечь к себе внимание. Эта охота принесет ему большой успех.
