— Вернее не помог, а промолчал, когда мог рассказать то, что известно мне. Помнишь, Юля умудрялась уйти от всех обвинений и заявлений. Я давно догадывался, что её покровитель занимает очень высокую должность. А когда она попала в психбольницу он начал искать лазейки, чтобы вытащить её оттуда. Видимо он нашел способ. Я специально созвонился с ним и договорился, что он увезет Юлю за границу без возможности вернуться. А сегодня он позвонил и сказал, что она покончила с собой. Перед смертью она прислала смс.
Я молчала, у меня никак не укладывалось в голове почему после всего того что было и того, что она сделала Дима продолжал ей помогать и грустить о её кончине.
— Это её выбор.
— Я понимаю. Просто я надеялся, что этот человек сможет подарить ей хорошую обеспеченную жизнь.
И всё-таки Юля сволочь, даже будучи мертвой она умудрилась испортить наш с Димой праздник.
— А ты точно уверен, что она это сделала?
— Да. Этот человек не стал бы врать.
— Дима, ты не должен винить себя в том, что случилось. Ты сделал всё что мог…
— Да, я знаю.
Дима наконец повернулся, расцепил руки, словно решил впустить и меня в свою грусть. Я обняла его за талию, прильнула щекой к груди.
— Дима, я тебя очень сильно люблю, — прошептала я, страшась этих слов. Всё внутри сжалось, но я решила идти до конца. Теперь мы муж и жена и я имею право говорить своему мужу всё что хочу. — Знаешь, я больше всего боюсь, что ты до сих пор её любишь больше, чем меня.
Он крепко сжал мои плечи и прижался губами к макушке.
— Нет. Это не так. Тебя я люблю как жену, как женщину, которая носит моего ребенка, как страстную любовницу. Её…больше как сестру. Что-то родное, давно забытое. Как детство. Иногда вспоминаю его, всех ребят. Тогда казалось, что плохо живем, ничего нет, а хотелось так много, сейчас понимаю как было раньше здорово, но возвращаться не хочу. Так же и с Юлей. Было много проблем, слишком был занят, хотел лучшей жизни, наверно был плохим партнером в отношениях. С тобой я не повторю такой ошибки. Ты моя самая любимая девочка, даже не сомневайся в этом.
Его тихий голос впечатывал каждое слово в мою память, словно эти слова он приколачивал невидимым молотком к моим мыслям. Руки, которые обнимали с такой нежностью, подтверждали сказанное. Сейчас, именно в этот момент я поверила ему окончательно, что он любит меня. До этого я сомневалась в его чувствах. Даже когда он говорил клятву, мне казалось он произносил это лишь потому что надо было. Сейчас же слова шли от души, я это чувствовала.
— У тебя такое соблазнительное платье.
Я улыбнулась, конечно, как же без этого. Дима не мог быть долго серьезным.
— Всего десять пуговичек.
— Если ты хочешь сделать меня своей женой не только на бумаге, но и на деле, то открою тебе маленькую тайну — платье снимать не обязательно. Здесь есть огромный разрез.
Я не потрудилась выставить вперед ногу и распахнула подол.
— Ого, а я даже и не заметил. Моя жена бесстыдница.
— Это ты меня такой сделал. Еще месяца два назад я бы сгорела от стыда и от подобных разговоров и от этого платья.
— А мне нравится какой ты стала. Чувствую себя ювелиром.
— Это почему же?
— Из алмаза ты превратилась в бриллиант.
Дима взял меня за руку и увлек за собой.
— Куда ты меня ведешь?
— В нашу комнату. Неужели ты хочешь чтобы нам кто-нибудь помешал?
Я молчу и улыбаюсь, предвкушая чувственное удовольствие. Одна только мысль о том, что сейчас будет заставляет мои колени мелко дрожать. Мы поднимаемся на второй этаж, заходим в комнату, которую нам предоставила свекровь. Дима защелкивает дверной замок, который он заблаговременно установил.
Я подхожу к нему и начинаю расстегивать ненавистные пуговки на рубашке.
— Ты хочешь меня раздеть? — Бровь изгибается, а я в ответ киваю с таинственным видом.
— Я думал мы по быстрому, — Дима улыбается и я понимаю, что это шутка. Его взгляд гипнотизирует, он тянется к застежке на платье, но я шлепаю его по руке и грожу пальцем, как маленькому ребенку.
— Со мной надо быть очень аккуратным. Я же драгоценность. Смотри, но не трогай.
