– Стажерка, – со вздохом комментирует женщина, безошибочно определив причину моего ступора. – Их в этом году много понабрали. Как по мне, совершенно бесполезные экземпляры. Напокупают себе дипломов, а потом на работе ни бе ни ме ни кукареку, – она легонько касается моего локтя. – Пойдемте, Алина Андреевна, мой кабинет дальше по коридору.
Дина Александровна продолжает путь, и я, с трудом переставляя ватные ноги, двигаюсь следом.
Нет, я не понимаю! Я просто не понимаю! Что Дима вообще творит? Заигрывать с подчиненными прямо в офисе – это не просто пошло, это верх непрофессионализма! О чем он только думает?!
Глава 20
Когда мы заходим в небольшое, но довольно уютное помещение, Дина Александровна плотно закрывает дверь и садится за стол. Я же, по-прежнему пребывая в прострации, переминаюсь с ноги на ногу и тщетно пытаюсь собраться с мыслями.
– Видели? – интересуется спокойно.
– Что? – вскидываю на нее вопросительный взгляд.
– Дмитрия Эдуардовича в компании очередной короткой юбки.
На секунду замираю, стремясь отыскать в лице Дины Александровны хотя бы намек на то, что она шутит, но женщина абсолютно серьезна. Не улыбается и не ухмыляется. Смотрит пытливо и выжидательно.
– Так значит, проверка документов была лишь предлогом? – внезапно догадываюсь я.
– Разумеется, – она даже не пытается отнекиваться. – Надо же мне было как-то заманить вас на наш этаж. Сами-то вы почти не захаживаете.
К горлу вновь подступает першащий ком, а вдоль позвоночника бежит холодок.
– И какова цель? – спрашиваю севшим от волнения голосом.
– Алина Андреевна, можно начистоту? – я заторможенно киваю, и Дина Александровна продолжает. – Вы мне нравитесь. Видно, что вы хорошая и честная женщина. А супруг ваш, да простит меня Господь за злословие, беспринципный говнюк. Нет, вы не подумайте, начальник он неплохой, но вот по отношению к вам поступает гадко.
– Вам что-то известно? – сердце болезненно сжимается от унижения.
– Много чего. Если хотите, могу в красках рассказать, но что-то мне подсказывает, что вы не хотите, – проходится по мне изучающим взглядом. – Да вы сядьте, Алина Андреевна сядьте, – указывает на стул. – А то побледнели как мел. Водички будете?
– Нет, спасибо, – мотаю головой, но на стул все же опускаюсь.
– Я вам раньше ничего не говорила, потому как не мое это дело. Но недавно мне птичка на хвосте принесла, что у вас с Дмитрием Эдуардовичем вроде как разлад случился. Что он вам цветы дарит, прощения вымаливает… И вот тут уж я промолчать не смогла.
– Почему?..
– Потому что нельзя вам его прощать, – отвечает просто. – Вы думаете, он только с этой безмозглой Ясминой по углам зажимается? Думаете, один раз оступился и больше ни-ни?
Я молчу, затравленно вжимаясь в спинку стула. Мне нечего сказать. Меня будто гранитной плитой придавило. Ни вдоха, ни выдоха сделать не могу.
– То, что мы сейчас с вами видели, – это лишь верхушка айсберга, Алина Андреевна, – женщина поджимает губы. – Знаете Людочку из проектного? Высокую такую, грудастую? Так вот, Дмитрий Александрович ее на прошлое восьмое марта в Питер в какой-то дорогущий отель возил. Она потом всему отделу их совместными фотографиями хвасталась. Удивительно, как до вас не дошло.
Перед глазами плывет, в груди начинает неприятно печь. Я хорошо помню прошлое восьмое марта. Дима не смог приехать домой, потому что был вынужден сопровождать очередного инвестора в деловой поездке. Неужели тем самым «инвестором» была Людочка из проектного?
Боже мой… Какой кошмар! Да такая дичь даже в голове не укладывается!
Тесно я с этой Людочкой никогда не общалась, но при встрече мы обычно здороваемся. Она мило мне улыбается и порой отвешивает комплименты. Вот же гадюка двуличная!
– А Волкову Инессу Викторовну помните? Бывшая начальница юротдела, – продолжает Дина Александровна. – Уволилась в том году.
– Господи, – тру виски, ощущая нарастающую головную боль. – У Димы что, и с ней роман был?
– Наверняка ничего утверждать не буду, но раньше она частенько захаживала к нам на этаж и проводила много времени в кабинете Дмитрия Эдуардовича.
Мне так мерзко, что хочется заткнуть уши. Или отключиться. Или отмотать время назад, в тот день, когда я впервые повстречала мужа, и бежать от него без оглядки. Ведь сейчас мне уже ясно, что он вовсе не тот, за кого выдавал себя все эти годы.
Ясмина – не ошибка, не разовая интрижка и не единичное помутнение. Она – лишь одна из многих в бесконечной веренице любовниц моего неверного мужа.
Как я могла быть настолько слепой? Как же не замечала очевидного? Можно, конечно, допустить, что Дима хороший актер, но, скорее всего, дело во мне. Я сама придумала образ идеального мужа и свято уверовала в него, напрочь отключив критическое мышление.
Задерживается на работе? Так у него же много обязанностей.
Не может приехать на праздник? Не беда. Он же деньги зарабатывает.
Принес домой рубашку со следом красной помады? Так это ж об него в лифте случайно обтерлись.
Дима кормил меня нелепыми байками, а я, как наивная дурочка, не подвергала сомнению его слова. Ведь идеальный муж врать не станет.
