— Он водил проститутку на квартиру моих родителей, встречался там с ней, а ей заявил, что снял эту квартиру для встреч. Грозится раскатать меня в лепешку при разводе. Что тут скажешь? Ничего хорошего…
— Ты все еще любишь его?
Я удивленно смотрю на него. Семен безумно сосредоточен, как будто застыл в ожидании моего ответа. Мне даже стало неловко, и я чуть-чуть покраснела от такого пристального внимания. Жар прилил к губам еще сильнее, когда я их облизнула, испытав сухость.
— Я пыталась сохранить наш брак. Думала, причина во мне. В том числе, как после смерти родителей я потерялась и набрала лишний вес. Но я уже давно исправила этот недостаток, а любви в Матвее не прибавилось ни на грамм. Дело не во мне.
— Дело всегда было в нем. Я пытался это сказать, но…
— Ты высмеивал мои лишние килограммы, — морщусь. — Хватит изображать, будто я тебе нравлюсь!
Сердито встав, я сделала слишком резкое движение. В глазах потемнело. Семен успевает меня подхватить, прижав к себе.
— Но ты на самом деле мне очень нравишься. Всегда нравилась. Я не вмешивался. Потому что ты была… жена друга. Но когда он в наглую начал гулять и обсуждать твои недостатки, с другими женщинами, я решил подтолкнуть его и надеялся, что ты все узнаешь.
— Не самый лучший способ! Хватит меня тискать!
В кольце рук Семена душно и слишком волнительно.
Не готова я выслушивать комплименты в свой адрес, даже если Семен очень старается и пошел против старого приятеля, чтобы защитить меня. Я буду всегда ему благодарна за этот поступок, но сейчас мне слишком страшно слушать о его симпатиях.
Я еще не отошла от предательства Матвея и не могу поверить в слова его друга.
— Давай мы прогуляемся и перекусим? — мирно предлагает Семен, осторожно разжимая руки.
— Спасибо, я сама. Позднее.
— Боюсь, у тебя нет выбора. Придется со мной пообедать. Не хочу переживать, что ты можешь упасть где-нибудь в голодном обмороке. И хватит уже морить себя диетами!
— Не читай мне нотации. Я не держу диеты, просто более разумно смотрю за тем, что ем. А все остальное — это стресс! Не каждый день получаешь угрозы быть раздавленной в лепешку от муженька, который успел обзавестись хорошими связями…
Семен увлекает меня за собой.
Как бы я ни противилась, он все же за главного и ведет меня в сторону кафе.
Я даже не знаю, чего мне хочется больше — бежать от него или чувствовать его твердую руку, как знак поддержки…
Хоть какая-то поддержка мне бы сейчас не помешала.
Поэтому мы все же приходим в кафе, выбираем столик, нам приносят меню.
— Не стоит вешать нос заранее. У тебя все доказательства на руках. Уверен, он будет пытаться договориться и откупиться от тебя.
— Думаешь?
Семен немного помолчал, потом добавляет:
— Забашлять, дать на лапу — это для Матвея привычное дело. Говорю, как есть. При открытии клиники не обошлось без этих делишек…
— У этого есть предел? — спрашиваю с каким-то отчаянием. — Я в таком болоте барахталась и не видела всего этого. Теперь его родители меня почти ненавидят!
— Помни, ты не одна.
Семен накрывает мою ладонь своей, сжимает пальцы. Смотрит мне в глаза, со всеми чувствами.
У меня даже сердце забилось чаще, я давно не замечала на себе таких мужских взглядов. По крайней мере, муж на меня… так не смотрел.
— Лиля? Вот это сюрприз! — раздается женский голос.
Не знаю, как провалиться сквозь землю, потому что эта женщина нам обоим очень близко знакома.
Марина, жена Семена!
Она подходит, и меня будто парализует на месте неловкостью.
Жар заливает лицо, шею и верхнюю часть плеч. До самой груди окатывает кипятком.
Пальцы Семена продолжают лежать поверх моей руки. Я спешу вытащить кисть и неловко задеваю приборы. Чувствую себя не в своей тарелке.
Все эти прикосновения со стороны могут выглядеть, будто я и Семен — парочка, забежавшая в кафе перекусить.
— Привет, Семен.
Подойдя к столику, Марина как ни в чем не бывало, отодвигает стул и садится, никак не прокомментировав увиденное.
У меня горло будто перехвачено колючкой.
— Я была в больнице у Матвея, он пришел в себя. Семен тоже пришел его навестить и…
Звучит так, будто я оправдываюсь! Но я на самом деле чувствую себя неуютно. Еще подумает, что я на ее мужа глаз положила!
Марина уточняет:
— Матвей в себя пришел? Ты не говорил, — вскользь замечает, посмотрев на Семена.
— Еще не виделся с ним. Да и нечего особо рассказывать, — пожимает плечами.
— Я бы не сказала, что нечего.
Марина скользит взглядом с Семена на меня, будто намекает на связь.
— А ты здесь как оказалась? — спрашивает Семен.
— У меня здесь точка, напитки привозим, — Марина хлопает по большой сумке, из которой торчит папка с бумагами. — Два сотрудника в отпуске, а третья отравилась. Пришлось самой подменять.
— Ясно, — кивает Семен.
— Я планировала тебе сегодня позвонить, но если уж вживую увиделись… Хотела попросить у тебя машину на выходные.
— Внедорожник?
— Да. В деревню поедем, к родным. Там дороги, сам знаешь, какие убитые. Моя мазда будет дном скрести каждую кочку.
— За рулем ты будешь? Или твой Коля?
— Ты же знаешь, я в дальнюю не люблю водить. Тем более, по ухабистой дороге.