— Как ты мог притащить в нашу спальню шлюху? — Тебя это не должно волновать. — Нет? — со злостью посмотрела в его бесстыжие глаза. — Я — твоя законная жена! — Ты прекрасно знала, что как только у меня появится истинная, ты отправишься в Облачный предел! — А она твоя истинная? — бросила я взгляд на его левое запястье, на котором должна была появиться характерная метка. — Нет, но ты должна привыкнуть, что в моей постели будут и другие. А когда я встречу свою единственную, то буду любить лишь ее одну. Ты смиришься, милая. Я ведь тоже тебя люблю, и мои связи с женщинами ничего не значат. Ты всегда будешь занимать свое место в моем сердце. Ровно до тех пор, пока я не встречу ту, что предначертана мне судьбой. — Будь ты проклят, Аррон! Пусть встреча с истинной станет твоим сущим наказанием!
Стряхивая с себя капли дождя, я с укором покосилась на зонт, который мало чем спас от непогоды, пока бежала по лужам к замку. Запачкала подол платья, хотя старалась поднять юбку по самые колени. Вошла в громоздкие двери холла и с облегчением вздохнула. Ура, я дома!
На шум прибежал старый дворецкий и расшаркался в поклонах.
— Госпожа Даратэя, что случилось? Вы должны были уехать к дядюшке!
Я смутилась, когда заметила его в страхе бегающие глазки.
— Ой, Ланс, — отмахнулась и вручила ему промокший зонт. — Ты видел, что снаружи творится? — взмахнула я руками, показывая масштаб погодной катастрофы. — Все дороги залило. Мой экипаж завяз в грязи. Благо, сосед мимо проезжал. Довез меня до дома. Так что поездка к дяде Орджи отменяется. Я так продрогла!
— Чаю? Идите за мной, миледи, я накрою в трапезной, — чуть ли не вцепился в меня сухими руками дворецкий, чтобы увести в сторону.
Служанки скопом высунули носы из-за колонны, что отделяла холл от трапезной.
Да какой тут чай! Я была рада, что обстоятельства так сложились, и я смогла вернуться к Аррону. До чего муж обрадуется, когда узнает, что так быстро вернулась!
— Ничего не надо! — прошла я вперед по ковровой дорожке, остановилась, сняла промокшие туфельки и вручила их Лансу. — Не говори Аррону, что я вернулась. Хочу сделать сюрприз, — с улыбкой подхватила юбку и босиком двинулась к лестнице.
Дворецкий никогда не отличался прытью, но сейчас обогнал меня в два счета и застыл на первых ступеньках, перекрывая своей худощавой фигурой путь наверх. Я в недоумении развела руками.
— Не надо вам наверх, госпожа, хозяин спит и приказал никому его не беспокоить, — снова эти в панике бегающие глазки.
— Пф! — еще чего! Аррон души во мне не чает и очень обрадуется, если разбужу его поцелуем. — Отойди, я скажу мужу, что ты меня предупреждал, — заговорчески подмигнула старику и поднялась на первую ступеньку, но он упорно не сходил с места.
Мы сцепились в неравной схватке прямых взглядов. Вечно трусливый подхалим Ланс проявил верх мужества и не собирался сдаваться, но и я не из робкого десятка! Знал бы он, через какие испытания я прошла на отборе невест, чтобы выйти замуж за крылатого лорда, поджал бы хвост и убежал.
— Я приказываю уйти с моего пути! — закипая от злости, сжала кулак за спиной. Я не какая-то простолюдинка без рода и племени. В моих жилах текла магическая кровь. Вырубить заклинанием не сумею, но больно треснуть по башке картиной, что как раз висела над ним, очень даже.
— Нет, — пропищал и замотал головой, упорно настаивая на своем.
Да где это видано, чтобы прислуга не пускала хозяйку дома в комнату?!
Что ж, Ланс сам напросился. Мне хватило лишь двух легких движений пальцами, чтобы увесистая картина оторвалась от стены, взмыла к потолку и стремительно свалилась на голову дворецкого.
— А-а-а! — заорал он так, будто его прирезали. Распластался по лестнице, но я ловко через него переступила и вспорхнула вверх по лестнице.
— Даратэя, вернитесь! — кричал он мне вслед, но я уже подбежала к массивной двери супружеских покоев. Притаилась в предвкушении встречи с любимым. Заметила, что дверь не плотно закрыта, а лишь прикрыта так, что сквозь щель можно услышать, что происходит внутри.
Заливистый женский смех просочился в коридор и у меня резко онемели кончики пальцев на ногах. А потом и стопы оледенели. Я услышала мужской шепот, и девица вновь залилась смехом. Оцепенение стремительно поднималось от лодыжек до колен, что задрожали.
— Миледи! — полз ко мне раненный дворецкий.
Его крик явно услышали внутри. Началась суета, которую я прервала тем, что настежь распахнула дверь…
Картина, что развернулась перед моими глазами, повергла в такой шок, будто меня ударило молнией, и разряд прошел по левой стороне, задевая сердце. Оно биться перестало, когда я увидела черноволосую девицу в своей постели. В чем мать родила эта гадина спряталась под моим одеялом с головой, а пятки так и остались торчать снаружи. И не зря она испугалась! Подсвечники уже успели оторваться от поверхностей, поддавшись моей магии.
Но больше всего меня поразила реакция мужа. Он медленно поднялся с постели, прикрыл свое нагое тело простынкой и нахмурился.
— Что ты здесь делаешь, Дара? Ты же уехала!
И это всё, что этот мудак сумел из себя выдавить?!
Я не знаю, какая неведомая сила в меня вселилась, но я впервые в жизни погрузилась в состояние, в котором натурально готова убить! Осознание того, что стала свидетелем измены, наполнило меня безумной яростью. Мир рухнул! И больше всего мне сейчас хотелось придушить предателя!
Я кинулась на мужа разъяренной кошкой, пытаясь содрать с него проклятую простыню и оторвать то место, которое он воткнул в другую.
Аррон сначала оттолкнул меня, но я успела вцепиться в край простыни и не упасть. Намертво схватилась за ткань и закричала:
— Тварь! Как ты мог?! Я же тебя любила! — даже не поняла, в какой миг из глаз брызнули слезы.
