— Я ей не доверяю, — выпалила я и опустила глаза, словно бы у меня не было права не доверять кому-то, но вместо того, чтобы услышать какую-то нотацию, либо объяснение Олега, он задал совсем шокирующий вопрос:
— Мне поменять её?
— Что? — встрепенулась я.
— В смысле без смысла, Варь, если ты не доверяешь няне, я её поменяю.
— Олег не в этом дело, просто я никому не доверяю.
Муж покачал головой и тихо сказал.
— Хорошо, я тебя понял. Ты бы доверяла маме, либо доверяла мне, правильно?
По поводу доверия Олегу я очень сильно сомневалась, но я же смогла уснуть, когда он оказался здесь. То есть подсознательно мой организм реагировал так, что с Олегом дети в безопасности, и поэтому я не знала, что ответить. И не знала, что ответить на тот вопрос относительно его отъезда, и поэтому просто встала, заварила себе травяной чай.
И понаблюдала, как Катя закряхтела, затребовала еды.
И как-то так получилось, что Олег остался на ночь и на второй выходной день и уехал только утром понедельника.
Я ему была благодарна за это, потому что две ночи, когда я смогла спать, оказалось сделали для меня намного больше, чем несколько дней с няней.
В среду, когда за окном блестело осеннее солнце и листва шуршала под ногами, я все-таки рискнула выйти на прогулку с Катюшей. Лина пошла с нами, и мы долго гуляли в сквере возле дома, а когда собирались домой, дочь предложила ещё зайти в кондитерскую. Мне сейчас ничего такого все равно нельзя было, но ради ребёнка я закрыла глаза на вредность сахара.
Спустя двадцать минут и набор круассанов с самой разной начинкой мы вышли из кондитерской, Катюша крепко спала на свежем воздухе, одетая, закутанная в своей маленькой прогулочной коляске. Лина шла, что-то щебетала о том, что надо будет почаще так выбираться. Я ей объясняла, что пока Катя маленькая, у нас все равно не будет на постоянке таких прогулок, но перед подъездом вся наша мирная и тихая идиллия разрушилась.
На скамейке сидела, сжавшийся в комок, Зоя.
Чёрный плащ подчеркивал неестественную бледность. Увидев нас, Зоя соскочила со скамейки и дёрнулась навстречу.
— Варя, подождите, Варя.
Я растерянно покачала головой.
Я не знала чего ожидать от этой семейки, и первое, что я сделала, это задвинула Лину себе за спину и дёрнулась к коляске, забирая оттуда ребёнка.
— Варя, Варя, пожалуйста.
— Отойдите, — сказала я холодно. — Не смейте приближаться.
Я сунула телефон дочери, и Лина без всяких вопросов стала быстро что-то щёлкать на нём.
— Варя, нет, пожалуйста, я приехала поговорить. Пожалуйста, не пугайтесь.
Она сейчас была не похожа на себя, на ту девушку, которую я встретила в палате.
Та, которую я её видела сейчас была абсолютно другим человеком. Иссушенная, вымученная.
— Варя, я очень сильно сожалею, что так произошло, так не должно было быть. Я не знаю, что тогда случилось и как это просто можно объяснить человеческим языком, Варвара, но на самом деле никто не хотел такого исхода. Я очень извиняюсь. То, что вы попали в такую ситуацию это на самом деле что-то ужасное.
Зоя дернулась. Потянула на себя сумочку, распахнула её, и я чуть было не заорала.
— Немедленно отойдите, — хрипло произнесла я, пугаясь собственного голоса.
Сейчас я всеми словами крыла Олега за его грёбанную чертовую безопасность, которую он даже не смог обеспечить нам. Опять я сталкивалась с такой ситуацией, что могла попасть в абсолютно любую беду.
— Нет, нет Вы неправильно поняли, Варя, — Зоя нервно дёрнулась, вытащила какой-то листок и протянула его мне.
Я покачала головой, сделала шаг назад, отодвигая Лину, прижимая к себе Катюшу,
Дочка, понимая, что что-то происходит либо ощущая моё общее состояние, захныкала.
Зоя распахнула в ужасе глаза и в этот момент подняла руки, положила листок на крышу коляски.
— Вот, пожалуйста
— Уходите, я не знаю, что вам надо...
— Варя, я вас умоляю, заберите, пожалуйста, заявление. Я понимаю, что я не имею вас права вообще о таком просить, и дело не во мне, дело в том, что моя мама, там срок, пожалуйста, Варя, я вас умоляю. Да, я знаю, у вас нет никаких оснований вообще как-то хорошо к нам относиться, но серьёзно во всей этой ситуации я очень соболезную и очень переживаю, что так произошло, так не должно было произойти.
— Вы влезли в мою семью.
— Варя, я понимаю, что это ужасно. И на самом деле у меня просто не было выхода.
— Вы толкнули беременную женщину под колеса машины...
— Варвара, простите, пожалуйста, я очень переживаю, что так произошло.
У Зои глаза наполнились слезами. Она прижала ладони к щекам, потом зажала пальцами глаза.
— Пожалуйста, я вас умоляю. Это реальный срок. Я не знаю, что мы будем делать.
Прошу вас, как-то повлияйте на Олега. Я вас умоляю. Я понимаю, что я не имею даже права просить такого. Но мою маму могут посадить. Варвара. Пожалуйста.
Я не успела сказать ни слова, только растерянно открыла рот.
В этот момент возле откуда-то сбоку, с паркинга, выскочили двое мужчин, одетые в джинсы и какие-то куртки с опознавательным знаками.
Я не понимала, что происходило.