— Это было давно. Когда мне исполнилось тринадцать, урод свернул себе шею во время починки крыши. Кстати, я хотел ему помочь, но он умничал, что мы с мамкой ему под руку только будем мешаться. Уехали в деревню на выходные… Три дня нас не было, а он эти три дня дня, оказывается, подыхал мучительно. Дом у нас в отдалении был, территория большая, никто не заметил, что он свалился. Карма, — добавляю. — Много хороших слов было сказано на его похоронах. Мы молчали… Все думали, просто в шоке от такой потери, а нам… Нам и сказать было нечего. Есть моменты, которые перекрывают все хорошее, что было, и ты просто радуешься, что все закончилось, отпустив и не терзаясь.
— Думаю, в этом ты прав. Есть, действительно, моменты, которые перекрывают все хорошее, увы, — горестно вздыхает Ждана и добивает вино из своего бокала.
Ее взгляд становится задумчивым, и я понимаю, что попал в точку.
Есть проблемы в ее браке.
Которыми можно воспользоваться…
Но тут ее муж, как говорится, сам идиот: кто же такую ладную, смачную девочку одну-одинешеньку отпускает отдыхать? Уведут же…
Вот я, например…
Девчонка симпатичная, и если ее муж-долбоящер клювом щелкает, то кто ему виноват?
Ждана
— Можешь рассказать мне, — предлагает Эрнест, подлив мне вина в бокал.
— Эй, это будет уже второй бокал! Мы так не договаривались….
— Разве я заставляю тебя пить? Просто не люблю, когда сидим за столом, а посуда пустует.
— Что?
— У меня эту тему бзик. Все, можешь считать меня шизиком с плохим детством. Но у меня много загонов на тему честности, быта и прочего…
— Людмила, кажется, да? Жена твоя.
— Ага.
— Она об этом знала? О твоих особенностях, скажем так.
— Разумеется, — решительно кивает Эрнест. — Я выложил как на духу.
Почему-то я ему верю. Такой, как он, действительно, выложит все, как есть, и не станет прятаться за красивыми словами, витиеватыми комплиментами.
— Просто я думал, что ей до этого есть дело. Оказалось, что нет. Теперь мы разводимся.
— Не слишком ли резко? — спрашиваю я и трясу головой: а сама-то…
— Сколько длится твой брак, малышка? — интересуется Эрнест.
Неожиданно у меня по телу потекли мурашки. Не побежали, а именно потекли горячей волной по ногам, екнув где-то в животе, под твердым, пристальным взглядом мужчины.
В приглушенном свете, при огнях камина он выглядит невероятно мужественным и очень взрослым. Я бы даже сказала, что Эрнест сейчас выглядит так, словно он — ровесник Миши, хотя он младше. Но этот серьезный взгляд, выражение лица, мощная фигура, расслабленность и уверенность придает ему возраста и монументальности в моих глазах.
Невольно чувствую себя травинкой в тени огромной скалы.
— Так сколько ты в браке, малышка? — в очередной раз задает вопрос Эрнест, двинувшись вперед, наклонившись в мою сторону.
Пусть между нами — столик, но чувство, что его нет совсем, а магнетически, притягательный взгляд мужчины заглядывает мне прямиком в душу, в поисках ответа.
— Чуть больше года.
— Чуть больше года, — повторяет Эрнест. — И тебе…
— Двадцать один.
Я вышла замуж еще студенткой…
Миша просто похитил мое сердце. Бурный роман обернулся свадьбой…
— Малышка, — повторяет Эрнест.
Так, словно смакует.
— Как есть, малышка. И в жизни, и в отношениях.
— Так, хватит. Я замужняя девушка!
— Мне тридцать, моему браку больше трех лет и, видит Бог… — Эрнест опускает ладонь на грудь. — Я старался изо всех сил. Но не вышло. Иногда, стараясь что-то исправить, мы терпим, проявляем лояльность, идем на компромиссы и этим делаем только хуже. Затягиваем узел. Рубим хвост по частям. Усугубляем агонию. В то время как надо было рубить. Сразу.
— Тебе легко сказать. Так, стоп… Мои проблемы тебя не касаются.
— Вообще-то касаются! — заявляет Эрнест.
— Чтооо?
— Ты собираешься жить у меня на глэмпинге до конца сезона. Что, если твой муж здесь появится, м? Иногда супружеские разборки проходят весьма бурно. Так что… будь добра… Введи меня в курс дела. Ради твоей же безопасности. И других моих гостей, разумеется, — добавляет он. — Не хочется разгребать последствия скандала, крушения, пожара или бог знает чего еще.
— Миша не такой, — произношу я неуверенно.
Но потом вспоминаю его тон: он очень зол!
Ох…
Но и я тоже зла на него.
Потому что он пытается сделать из меня дурочку, храня интимные переписки с другой женщиной. Ах, я здесь ни причем… Мне написали, мне сиськи голые прислали…
А если бы мне прислали член?!
Как бы он отреагировал?!
Ой, черт…
Вот так, подумав со зла, я вдруг вспомнила, как однажды мне в телеграм какой-то незнакомый мужчина вдруг прислал свои причиндалы!
Тогда я была замужем за Мишей, буквально, первая зима после нашей свадьбы. Я что-то прокомментировала в городском паблике, и вдруг почти мгновенно… мне пришло… это! Мужской прибор со всеми анатомическими, волосатыми подробностями! Во весь экран.
Придурок какой-то!
Я быстро удалила, заблокировала и… больше ничего не комментировала ни в каких больших пабликах, настроила режим приватности, чур меня, чур!
Так, стоп…
Я же не оправдываю Мишу сейчас?
Или… оправдываю?
Все так сложно…
Зачем я пила это чертово вино?
