Диана Макеева опытный следователь по уголовным делам, мечтала о счастливой семейной жизни со своим любимым мужчиной. Хотела бросить работу и обустроить уютное гнездышко. Но жених изменил с лучшей подругой и даже не попытался оправдаться и попросить прощения. Она решила принять предложение о переезде в Париж, где в расследовании преступления требуется ее острый ум и природная находчивость. Поможет ли ей французский воздух вздохнуть полной грудью или окончательно разобьет сердце?
Диана Макеева — светловолосая, складная девушка, с оживленными, насыщенными, цвета молодой весенней зелени, глазами, ступила на первую ступень трапа. Аккуратные пухлые губы поджались при виде дождя, как только она сошла на землю. Париж встретил ее дождем и порывистым ветром. Кожаная куртка, что была на ней, не спасала от непогоды. А лишь еще больше пропускала холод. И почему она, как нарочно, не положила в сумку теплые вещи? Желание покинуть Россию было настолько сильным, что думать о таких мелочах глупо. Она полностью перечеркнула свою жизнь там, решив начать с чистого листа. Предложение о поездке в Париж приняла, как только услышала о нем. Невыносимо было оставаться в городе, что насквозь пропитан ложью и предательством уже теперь бывшего жениха. Она была растоптана, разбита и унижена собственной беспомощностью. Больше не могла никому довериться, как прежде. Уж слишком больно получать нож в спину от того, кого безумно любишь. Невысокий, с ржаво-рыжей шевелюрой средних лет мужчина с зонтом в руке держал курс в ее сторону. Безликие голубые глаза и широкий нос выдавали в нем сурового и серьезного человека. Широкий шаг, руки в карманах также добавляли ему серьезности. На минуту ей стало не по себе. Она знала, что ее должны были встретить, но от такого приема хотела бы скрыться. — Мадам Макеева? — Да. — Комиссар Моро. — Комиссар? — Да, хотел лично убедиться, что вы благополучно добрались. Пойдемте, сегодня жуткий холод. Она перекинула сумку через плечо, а ту что поменьше, повесила через голову на шею. Этот француз прекрасно говорил по-русски, но даже не предложил свою помощь. С такой же уверенностью с какой он приближался к ней, он, не оборачиваясь, двинулся к белому седану. — Прошу. Открыл перед ней дверь. — Спасибо. — Без любезностей, я их на дух не переношу. Отлично, подумала про себя девушка. Ко всем выше перечисленным качествам, еще добавила: грубый и ворчливый. Машину Моро водил из рук вон плохо, не замечал никого вокруг. Ругаясь на родном языке, кричал в окно и бил по рулю. Дани вжалась в сиденье и молила бога, чтобы добраться до пункта назначения целой и невредимой. Наконец, этот сумасшедший остановился у отеля. — Добро пожаловать, мадам. — Улыбнулся швейцар. Она посмотрела на четырехэтажное здание видавшее виды. Облезлая штукатурка и узкие старые окна. Мрачновато даже для бывалой туристки. Комиссар прервал забвение и сунул ей ключи от номера. — Ваши апартаменты на втором этаже слева. Завтра утром за вами приедет Паскаль. Будьте готовы к семи. — Хорошо. Спасибо, что… Не успела договорить. Моро прыгнул в машину и с визгом отъехал от тротуара. Раньше ей казалось, что в Париже живут приветливые, открытые люди. Наверное, начиталась любовных романов. В реальности все было иначе. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, она мечтала поскорее принять душ и немного поспать. Но потеряла дар речи, когда увидела, в какой ад ее поселили. Крохотная комната с видом на грязный переулок, в котором стоял аромат то ли жареной рыбы, то ли чего-то сгнившего эдак в шестидесятых годах. Кровать, круглый столик и вешалка для одежды — все атрибуты интерьера. Господи, сумка занимала больше места, чем вся эта мебель. Выдохнув, она разделась и с полной наивностью вошла в ванну. Нужно было видеть выражение ее лица, когда перед взором возникла такая картина: унитаз с искривленным бочком, слив для душа в полу, забитый волосами и поцарапанное зеркало. Даже ее первая квартира, выглядела лучше, чем это убогая лачуга. Осторожно покинув это место, она плотно закрыла дверь. Легла спать в надежде, что новый день принесет более положительные эмоции.
Утро. Дождь закончился. Диану немного знобило от всего происходящего. Или от того, что в номере было жутко холодно. Найдя в сумке более или менее теплый джемпер, она натянула его на продрогшее тело. А сверху, ту самую куртку, что вчера так ее подвела. Да, в зеркале была незнакомая девчонка. Волосы торчали в разные стороны, под глазами виднелись синяки. Единственное, чем она смогла себе помочь, смочить волосы водой и собрать в тугой хвост. Даже пощипала щеки, чтобы появился свежий румянец. И, о чудо, мертвец снова обрел жизнь. Но жизнь ли это? Она до сих пор отчетливо помнила каждую деталь того дня, когда застала Ромку со своей подружкой Ленкой. Они занимались сексом на их семейном ложе и смаковали момент, пока она не заявила о себе. Ленка бросилась в ванну, а он, ее законный муж, раскинулся на подушках и язвительно улыбался. Каждое его движение говорило — а чего ты хотела? Ты променяла меня на работу!
Сукин сын…
Ровно в семь она спустилась в холл, где должен был ждать Паскаль. Кто такой Паскаль и что он собой представляет, Диана не знала. Оглядевшись, никого не увидела. Только толстая, несуразная уборщица, терла тряпкой пятно на полу. Как же хочется кофе, помечтала про себя девушка. Два дня без него и уже ничего не соображала.
