- Семь пятьсот – вот отличная цена, Настя. Двадцать две – умеренная. Торговаться, я так понимаю, не имеет смысла? – Альберт испуганно закрутил головой, - ну и ладно. Плачу картой. Там еще брюки подшить по булавкам надо, за это сколько?
-Подарок нашего бутика.
- Отлично, тогда пробивайте и заворачивайте. То есть… его ж еще укоротить… просто пробивайте. Вам недели хватит, чтобы все закончить?
Я сразу заметила, что Тимур говорит чужим, каким-то металлическим голосом. Каждое слово неприятно царапало, как нож по тарелке. Он нервничал, злился, дергал плечом, будто пытался скинуть с себя что-то. Или кого-то. Наверное, душащую его жабу.
- Тимочка, - я мягко подкралась к нему и приобняла за шею. Пальцы коснулись его плеч, но никакой жабы я там конечно не заметила. – Может все-таки тот, другой?
- За сто тысяч?
- Это очень хороший костюм. Я бы даже сказала, вложение денег.
Он повернулся ко мне и устало посмотрел прямо в глаза.
- Насть, поехать с тобой в отпуск – вот вложение денег. Снять для нас квартиру или дом, как ты хочешь – это тоже вложение денег. Отправить Томочку в языковой лагерь – чем не вложение? Но костюм это просто тряпка! За сумасшедшие, высосанные из пальца бабки. Я не могу потратить на него сто тысяч.
- Но я могу…
Замолчала, когда увидела, как дернулся его кадык. Тимур тяжело сглотнул. Отстранился, убирая руки с моей талии и посмотрел на меня, как смотрят на чужих. Когда-то знакомых, но теперь посторонних людей.
- Можешь. А я нет. У тебя есть еще вопросы?
Я опустила глаза вниз, чтобы не видеть его страшного лица:
- Тим, я просто хочу, чтобы ты был самым красивым, понимаешь?
- Если честно, не очень, - он коснулся пальцами моего подбородка и потянул его вверх, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. – Девочка, это не наша свадьба, и не вручение диплома. Это важный для тебя день, на котором я просто никто. Антураж. Я никого там не знаю, до меня не будет никому дела, не возражай, пожалуйста, - он заметил как я набрала воздух в легкие и остановил мою ответную речь. - Это открытие вашей клиники, а я просто сопровождаю тебя и жду, пока ты со всеми наговоришься и получишь свою порцию триумфа, чтобы через четыре, максимум шесть часов отвезти тебя с Томой домой. Я не готов тратить на это сто тысяч.
Он говорил медленно, обдумывая и взвешивая каждое слово, но все они так и не долетели до моего сознания. Разбились на половине пути. Потому что это был очень красивый костюм. И я мечтаю, чтобы Тимур был на нашем празднике в нем, чтобы все другие увидели его таким, каким вижу я – невероятным, идеальным, самым лучшим!
- Но костюм…
- Когда-нибудь у меня будет и такой тоже. Но сейчас это просто неуместно. – Он достал из кармана мятых спортивных штанов карту и добавил: - Пожалуйста, купи тот серый. А я пока заведу машину, мне нужно побыть на улице, а то голова болит.
Я проводила взглядом его удаляющуюся фигуру. Ровная спина, твердая походка – напряжение в каждом жесте. Не человек, а латунный солдатик. Замершая фигурка из моего детства. Я ждала, пока Тимур выйдет из этого дурацкого магазина и только тогда смогла выдохнуть. За последние двадцать минут воздух в помещении накалился до того, что дышать стало трудно.
- Оформляю серенький? - Прошелестел бесцветный голос у меня над ухом.
- Оба. – Я решительно повернулась в сторону Альберта. - Серый и черный, плачу разными картами, Армани тоже нужно подшить и доставить по адресу. За неделю успеете?
Пока консультант суетился, ко мне подошел Гаврила. Он оперся на магазинную стойку и зевнул, так, словно и впрямь заснул на том диване.
- Зря ты, Настя. Тимур будет недоволен.
- Обязательно, - кивнула я, - но потом взвесит все и поймет, что я права.
Но Гавр на это не ответил. Только пожал плечами, демонстрируя, что потерял интерес к нашей истории.
- Лоб не хмурьте, а то вот тут морщинка будет!
От визажиста пахло конфетками. И даже когда она говорила такие неприятные вещи как сейчас, я все равно видела перед собой карамельную фею. Тонкую и воздушную словно из сказки.
- А разве в сорок не должно быть морщин? Разве это не естественно? Все мы там будем, верно? – Устало ответила я.
Фея втерла что-то блестящее мне в щеки и, отстранившись, оценила результат своих трудов. Кажется, она осталась довольной.
- Глупости. – Голос ее по-фейски звенел. - У вас прекрасная упругость кожи, ни брылей, ни усиков, красавица же! Нужно только поправить тон и нанести блеска.
Последнее меня пугало. Фея раскидала на своем столе с сотню разных баночек, и все они сверкали как звезды в ночном небе. И каждую из них она опробовала на моем бедном лице!
Теперь я ерзала не только от нетерпения, но и от страха. Не хотелось, чтобы гости спутали меня с матрешкой, у нас открытие клиники, а не казачья свадьба!
- Да все уже, все, - хихикнула фея, а потом одним взмахом руки крутануло кресло и я повернулась к зеркалу.
