— Как скажешь, — поднимает руки мужчина. — Но потом я хочу видеть, что из этого выйдет.
Я забралась во внедорожник и сняла с себя трусики, потом, хихикая, заткнула горлышко бутылки и позвала Константина.
— Теперь можно ехать, — назвала домашний адрес.
Машина мужа, на которой он уехал якобы на деловую встречу, была припаркована за воротами дома.
Окна светились.
Явился, кобелина!
Хихикая, как сумасшедшая, я вылезла из машины с подарком в руках, подошла к машине и хорошенько по ней постучала, попинала…
Дождалась, пока она начнет орать, как ненормальная.
Разумеется, Макар выскочил из дома.
Зажегся свет.
Он меня увидел.
— Алла?! Алла! Ты.… Ты что придумала? Ты и вторую мою тачку угрохать решила, стерва? ЖИВО В ДОМ, И МЫ ПОГОВОРИМ!
Макар выбежал за ворота, я кинула ему бутылку:
— ЛОВИ!
И убежала.
— Все, погнали! Быстрее! Быстрее же.… — поторопила я Константина.
Дважды уговаривать или уламывать его не пришлось.
Он лихо проехал назад, потом вперед, обдав выхлопными газами моего растерянного мужа. Он держал бутылку с песком, из горлышка которой торчали мои трусики.
Я смеялась, как сумасшедшая, и такой живой, отчаянной и просто дерзкой себя ещё никогда не чувствовала.
Даже в свои лучшие, блин, годы!
Моему смеху вторил раскатистый смех нового знакомого. Потом он притормозил в укромном местечке.
Посмотрел на меня. Я — на него.
Он потянулся ко мне и сразу обозначил курс.
— Я увидел, это были твои трусики… — и между моих бедер легла его горячая ладонь, а губы оказались поглощены поцелуем.
Алла
Я не возразила. Не потому что не успела.
Всё было намного проще: я не хотела возражать.
Тем более, целовался этот Константин, как самый настоящий диабло, мастерски вводил в искушение, давал почувствовать страсть, желание. Только от того, как он посасывал язык, изредка кусая самый кончик, можно было испытать один маленький оргазм.
Но он же не только целовал меня, я ему отвечала, он принимал и добавлял ещё страсти.
Это было вкусно и так по-настоящему, что я с трудом могла себя контролировать. Но когда его руки продвинулись дальше, стало трудно принимать решения.
Все, чего я хотела, это чтобы он… продолжил.
Однако Константин никуда не спешил. Целовал мои губы, изредка порыкивал комплименты в рот, под сбившееся дыхание.
Его пальцы осторожно поглаживали мои ноги. От колена до внутренней стороны бедра, продвигаясь к цели понемногу.
Будь это Макар, он бы послюнявил пальцы и уже жмакал мой клитор, теребил его быстро-быстро…
Да, я сравнивала.
Не могла не сравнивать!
И, думаю, любая другая женщина, весь сексуальный опыт которой ограничивался одним-единственным мужчиной на протяжении более двадцати пяти лет, вела себя точно так же.
Невольно, но сравнивала бы.
Вот и я.… сравнивала.
И прости, Макар, но сравнение не в твою пользу.
Я думала, ты отличник, гуру в сексе, но ты, оказывается, троечник — в целом, и лютый прогульщик — в прелюдии.
Константин лишь бегло и совсем немного касался краешка половых губ, несколько раз мазнул по клитору.
Будто бы случайно — едва заметно коснулся и почти сразу же отступил назад.
Но я взвилась на месте от таких касаний, поглаживаний, мягкого соблазна и желания, которое нешуточными дозами впрыскивалось в мою кровь.
— Хочу тебя…. — признался Константин, начав ритмично и глубоко двигать языком у меня во рту.
Я была на грани.
Выдержка давно сказала прощай.
И, когда пальцы Константина основательно мной занялись, когда подушечки ласково и настойчиво надавили на пульсирующий, узелок плоти, я простонала безумно громко и сама развела ножки пошире и приподнялась на сиденье.
Он не терял времени даром, закатил мое платье повыше, вторая рука принялась гулять по моему телу.
Сжимая то ягодицы, то грудь.…
— Говоришь, твой придурок — гулящий? — на миг оторвался от поцелуев Константин.
— Д-да-а-а.
— Ещё и не разборчивый. И всеядный…
Константин куснул меня за ушком, провел там языком, уводя вниз по шее.
— Всеядный никогда не станет гурманом и не оценит по достоинству деликатес.
Хотелось выматериться вслух…
Подо мной была уже целая лужа, а мужчина только начал…
Он ловко оттянул лиф моего платья. Декольте, очевидно, после такого варварского действия будет испорчено.
Но, клянусь, те поцелуи, которые потом достались моей груди, этого стоили.
Стало совсем невозможно сидеть на месте, терпеть эти пытки ласками, мне хотелось большего.
Внутри томно и зовуще пульсировала пустота, сжимаясь стенками влагалища.
Та стадия возбуждения, до которой не всегда успеваешь дойти, когда впереди тебя ждет вагинальный оргазм, а не от ласк клитора.
В голове, в мыслях… Всюду…
Бум-бум-бум.…
Только одно желание.
Хотелось, чтобы он в меня вошел. Членом, языком, пальцами — неважно. Теперь та самая стадия, когда нужно… быть наполненной, и я качнула бедрами ему навстречу.
— Голодная, жесть! Я бы такую каждую ночь трахал хорошенько! — присвистнул Константин. — Предложение оценить матрас все ещё в силе, решайся.
— Хочу сейчас… — захныкала я, как маленькая капризная девочка, которая больше не может ждать свой подарок!
— Будет сделано.
И через миг в вагину вторглись его пальцы.
