Не то, что Константин, мелькнуло в голове.
Так, стоп…
Вот этого одноразового кобеля вообще упоминать не стоит.
И если от кого стоит прятаться, то от таких хищников, как он…. Хотя… я думаю, все это бессмысленно. Вряд ли он из тех, кто парится, что женщина ушла после того, как провела с ним ночь. У него этих женщин, девушек и, возможно, даже девочек.… просто уйма!
Именно с этими мыслями я и вернула в телефон прежнюю симку.
Прятаться?
Да к чёрту!
Все равно придется общаться, встречаться.
Забиться в раковину и делать вид, что меня не существует, довольно легко. Но попробуй отстоять свои границы, когда все кругом только и норовят их нарушить…
Вот это проблема посерьезнее, вот это вызов… Самой себе.
Разумеется, как только я загрузила телефон, сразу же посыпались уведомления о пропущенных звонках, куча смс.…
От детей, от подруг…
Муж тоже звонил.
Карина написывала много раз. Я мельком пролистнула наш чат, испытав прилив раздражения.
Я ей не отвечала, по понятной причине, но все эти дни она написывала мне и пересказывала все-все сплетни.
В принципе, в этом не было ничего особенного, Карина всегда любила обсосать косточки нашим знакомым, но… теперь объектом сплетен и слухов были мы с Макаром.
Денисовы Лариса и Алексей — это наши общие знакомые. Состоятельные и успешные. Они — красивая пара, крепкая семья, образец для подражания.
И вот…
Новое!
Дзынь!
Увидев, что я появилась онлайн, Карина тут же пишет:
Какая назойливая, ужас…
Зудит и зудит.
Я пишу и стираю, пишу и стираю…
Подруга?!
Да как бы не так!
У нее же каждое сообщения ядом сочится…
Она будто тыкает меня острой палкой и наблюдает за реакцией: как я себя поведу в ответ. Психану или сделаю вид, что мне плевать.
Отвечу или промолчу?
Ещё один штрих на картине разочарования в близких: моя подруга.… никогда не была настоящей подругой.
Максимум подружкой, из числа тех друзей, которых за причинное место и… в музей!
— Ты расстроилась?
— Да так, ничего особенного, подружка все сплетни пересказала.
— Каришка, что ли? — как-то усмехается Гера.
— Ну да, она, а что?
— Да так, ничего…
— Говори, если начал.
— Не знаю, заметила ты или нет, но она к Макару очень неровно дышит. Даже мне ко мне подкатывала, чтобы через меня побольше про него узнать… Где любит бывать, как отдыхает… когда бывает… Без жены и семьи, — выразительно смотрит на меня Гера.
— Ясно. Спасибо, что подвез. Мне пора.
— Ал, — останавливает. — Может, поужинаем? Развеешься.
— Давай я тебе позже отвечу, пока плохо представляю, сколько будет беготни.
— Договорились.
Мне немного совестно вот так использовать Геру, но с другой стороны, сейчас я как в джунглях — и здесь каждый сам за себя.
Зазеваешься — сожрут.
Отвернешься — обманут.
Доверишься — предадут…
***
Я промоталась большую половину дня, плюс встреча с адвокатом заняла больше времени, чем я планировала.
Поэтому ни о каком ужине с Герой не могло быть и речи. Мне хотелось прийти и отдохнуть, но….
Возле подъезда топтался мой сын.
— Привет, мам. Я так и думал, что ты здесь… — потопал за мной. — Мам.…
— Привет, Аркаш. Если ты пришел по поручению отца, чтобы попросить за него или наставить меня якобы на путь истинный и вернуться к нему, то ты пришел зря.
— Не, я не за этим. Ма… Ты должна мне помочь. Катя ушла и хочет сделать аборт.
Я вставляю ключ в замочную скважину, нажав на дверь плечом. Ее нужно подтолкнуть, но у меня не выходит, устала. Аркаша без труда отпирает дверь и проходит внутрь квартиры, разувается.
— Вот это совок, мам! — присвистывает, разглядывая интерьер. — Просто назад в прошлое. Мам… Скажи, а дуться в нормальном интерьере никак?
— У тебя, кажется, проблема была? Или ты пришел обсуждать квартиру, доставшуюся мне по наследству?
— Да, сорри. Я.… отвлекся. Просто сто лет не видел ковер на стене, надо же…
Сын проходит на кухню и садится на табуретку, смотрит на меня голодным взглядом:
— Мам, а покушать у тебя есть? Я голодный.
Господи… Мужику больше двадцати лет, но сейчас он выглядит как пятилетка, честное слово.
Куда же его такого девать… Горе мое луковое!
