— «Признаемся, мир, который вы создаете с помощью ваших удивительных снимков, поражает своей многогранностью и утонченностью оттенков. Нас завораживает концептуальность вашего таланта: простота, вкус и четкость линий без наслоения дополнительных, ненужных смыслов. Вы один из тех современных художников, что вдохновляют нас на новые достижения, поэтому будем искренне рады, если вы согласитесь принять участие в арт-выставке «Взгляд в вечность», которая будет представлена в нашем Большом зале в декабре-январе».
Ошеломлённо поднимаю глаза и наблюдаю, как Денис торжественно разводит руки в стороны.
— «Музей современного искусства «Подвал», — дочитываю послание. — Но… как? Я не понимаю…
— Я же тебе говорил. У тебя необычный взгляд на вещи и их тени.
— Это все ты, Денис.
— Да ладно, Наташ. Я лишь подсветил твою неординарность, — поднимается он с места и походит ближе. — Ты хоть рада?
— Пока не знаю…
Убрав письмо в конверт и небрежно сунув все это в рюкзак, прикладываю ладони к горящим щекам.
Я же… обычная?
Самая обычная.
Почему они так пишут обо мне, будто я какая-то… гениальная, черт возьми?
— Нам нужно отобрать восемь твоих работ. Черно-белых или в спокойных тонах. Естественно, возьмем самые удачные: «Крыши Сити» и ту, из метро, с задумчивым машинистом.
— Можно что-то выбрать из нового, — отвечаю на автомате. Мозг отображает выбор фотографий для выставки, как задачу, которую надо просто выполнить. — И я еще хотела поработать завтра. Я посмотрела прогноз, погоду обещают солнечную. В первой половине дня свет будет отличный.
— Могу помочь, если не возражаешь.
— Конечно, — с благодарностью улыбаюсь и накидываю объемный пуховик на плечи. — И… спасибо, Денис. Ты меня шокировал, я мало что соображаю сейчас.
— Все отлично, — смеется он. — Иди готовься и, если нужна помощь или совет — я всегда здесь.
— Спасибо еще раз.
Выскочив за дверь, направляюсь к лифтам, и по пути натягиваю шапку. Пытаюсь как-то уложить в голове новость. Скорее, конечно, приятную.
Я долгое время с легкой завистью смотрела на собственного мужа. Любовь Ромы к физике бесспорна и нерушима. Так же, как и ко мне, к слову. Вот только найти дело, к которому я бы относилась хотя бы на пятьдесят процентов также, мне не удавалось. Финансы я люблю, но не так чтобы заниматься этим всю жизнь. А фотография… появилась совершенно случайно.
Сначала интерес к моему новому хобби проявил Березовский. Он настоял на том, чтобы мы купили фотоаппарат и объективы. Сделал это, в очередной раз пожертвовав своими накоплениями, а после именно Рома нашел Дениса Кравченко — известного, талантливого фотографа, организовавшего курсы.
Запрыгнув на подножку автобуса, испытываю дикий трепет от предвкушения чего-то неизвестного. Достаю из кармана телефона и набираю мужа. Хочется скорее поделиться с ним. Как в той клятве из фильма: «И в горе и в радости…», мы всегда вместе. Взлеты и падения. Счастье и отчаяние. Богатство и бедность. Мы как иголка с ниткой проходим все вместе.
— Привет, любимый, — с теплотой в голосе произношу. — Ты уже дома?
— Ага. Недавно зашел.
— Я сейчас приеду. Есть новость. Приятная.
— У меня тоже, Гайка. Давай поскорей. У нас мало времени.
Мы проезжаем под мостом, поэтому связь обрывается.
Раздумывая, что именно хочет рассказать мне муж, бегу с остановки до дома, здороваюсь с дворником Умедом и взлетаю на наш этаж.
— Ром, — кричу от порога, скидывая ботинки.
— Привет, малышка, — появляется он в прихожей.
Запрыгнув на него с ногами, целую жесткие губы и обвиваю шею.
— Давай-ка собирайся. У нас мероприятие, — кивает он на свой костюм.
Замечаю, что Березовский приоделся во что-то новенькое.
— Ого. Ты где это взял?
— Спонсоры, — закатывает глаза.
— А куда мы идем?
— На презентацию клипа.
— Какого клипа? — хмурюсь.
Нет… Нет и нет.
— Одной местной звезды с голосом в пол октавы, — подмигивает мне муж и сжимает ладони на заднице. — Одевайся, Гайка. Давай…
— А нам обязательно идти, Ром? Что мы там забыли? — злюсь. — Какое она имеет к нам отношение?
— Так надо, Наташ. Не капризничай. Едем.
Мое настроение падает, словно тяжелый метеорит. Скинув толстовку, поправляю косу и трудно вздыхаю. Березовский внимательно за мной следит.
— А ты что рассказать-то хотела? — интересуется, отворачиваясь и направляясь в комнату.
— Ничего особенного, — буркаю, задвигая рюкзак под стул. — Душ успею принять?
— Успеешь.
На сборы уходит меньше часа — укладка феном, незамысловатый макияж и платье, купленное полгода назад, но так ни разу и не выгулянное. Кто бы мог подумать, что я надену его на презентацию клипа... этой... Ильяны?..
При мысли, что сегодня придется встретиться с ней, становится нехорошо.
— Застегнешь? — поворачиваюсь к Роме спиной.
Оторвавшись от монитора своего ноутбука, он подкатывается ко мне на стуле и запускает обе ладони под ткань платья.
— Ром!..
— Где лифчик, Гайка?
Кожу затылка обжигает дыханием и тут же обсыпает мурашками.
— Под это платье не надевают лифчик.
— Мне это не нравится... — бормочет тихо, прижимаясь ртом к моему плечу.
Пробегаюсь языком по губам и блаженно прикрываю глаза.
— Может, тогда останемся дома?
