Смотрю на нее недоуменно. Не дура ведь? Значит специально из себя глупенькую строит. И когда поцелуй перед камерами изображали, губы мне языком своим острым отполировала. Чуть не убил ее на хрен, но при Наташе разборки не хотелось устраивать. Надеюсь, она ничего не заметила.
— Во сколько завтра публикуем пост о наших отношениях? — рыжая дует губы и как бы невзначай поправляет лямку на плече.
— Договорились уже, — небрежно отвечаю, все еще смотря по сторонам. Туалет здесь один. И там Наташи нет. Тогда где она?
— Значит, в два?
— В два.
— Ты тогда сделай пост первым, Ром. И меня на фотографии отметь. Ты ведь у нас в паре мужчина?..
Арчи с Тамби ржут, а я, наградив ее строгим взглядом, снова потерянно озираюсь. Внутри такая пустота, что хочется заполнить ее хоть чем-нибудь.
— Где Наташа? — спрашиваю у Арчи.
— Так она домой уехала. Сказала, ты в курсе.
Вспарываю свои уложенные набок волосы пятерней. Блядь. Блядь. Блядь. Куда же ты, малышка?
Сердце через раз забывает пробивать удары.
— Я тогда тоже поехал, — ищу глазами куртку и иду за ней к окну.
Проходя мимо холодильника, захватываю банку с колой и заливаю ее в себя.
— Погоди, Ром. У меня для вас всех сюрприз, — загадочно произносит Арчи. — Вы сейчас охренеете!..
Да ладно? Я уже охренел!
— В общем, в конце недели… встречаем гостей.
— Кого это? — прищуриваюсь внимательно.
— Элтон и Дороти Кей! — произносит Арчи так, будто сам английский король решил посетить нашу скромную обитель в Москва-Сити.
Под громкое верещание Ильяны равнодушно киваю и натягиваю куртку на плечи.
— Хорошо встретим, — соглашаюсь. — Без проблем.
Достаю из кармана телефон и иду на выход, ни с кем не прощаясь. Оказавшись на лестничной площадке, уже подношу трубку к уху, как слышу, что сзади окликают.
— Ромыч, — зовет Арчи, закрывая за собой дверь студии. — У тебя все в порядке? Ты какой-то вареный сегодня!..
Смотрю на него как на дебила. Он реально не понимает? Я только что при жене целовался с другой.
Нет, блядь. У меня не все в порядке. Моя жизнь на скорости двести пятьдесят километров в час летит прямо в бетонное ограждение, а тормоза отказали.
— Я с американцами полгода переговоры вел, — продолжает Арчи. — Выцепил их специально перед стартом курса, чтобы точно собрать нужную сумму, а ты даже не отреагировал. Печально. Не находишь?
— Ты молодец! — чуть раздраженно отвечаю, застегивая замок.
— Мы в жопе. Все понимаю. Это хоть чуть-чуть поможет.
Я срываюсь. Не хотел же, но ситуация на фотосессии добила.
— Очень хорошо, что ты, как тот кто засунул нас в эту жопу, всячески пытаешься исправить свою же ошибку.
Арчи нервно смеется.
По глазам вижу: обижается, но тщательно подбирает слова.
— Я не виноват, что за «Прайм-Медиа» взялись люди в масках. Это Россия, Ром. Ты зря на меня наговариваешь. Я твой друг. Думал, это банально и не надо говорить такое вслух.
Забив на лифт, молча спускаюсь по ступеням. С такими друзьями и врагов не надо.
— Да что с тобой, Березовский? — орет продюсер, когда достигаю первого этажа. — Я из кожи вон лезу, чтобы у нас все срослось. Домен замутил, сайт. Измена точка ру. Нашел умельцев, которые настроили нам все как надо. Эквайринг, корзину. Пятнадцатого числа ровно в ноль-ноль объявим старт продаж и взорвем этот ебаный рынок со всеми шарлатанами. Разве мы не об этом мечтали?
Снова, как в тазик с дерьмом, окунаюсь в события сегодняшнего вечера. Морщусь от мерзкой вони. Дыхание как могу задерживаю, только чтобы не чувствовать и не вспоминать.
— Я — нет. Не об этом мечтал, — сдавленно произношу, дергая дверь от себя.
— Блядь! Березовский!
— Вернем долг Гафту и разваливаемся, Арчи, — сообщаю свое решение, выбираясь на улицу.
В спину летят проклятья.
На свежем воздухе уже дышу как следует. Так, что легкие пробивает.
Закостенелыми от ветра и холода пальцами, набираю Наташе и быстро иду в сторону парковки. Длинные гудки сменяются короткими. И так четыре раза подряд.
Запрыгнув в тачку, рву дорогие шины об асфальт, чтобы поскорее добраться домой. Срезаю пробки узкими дворами и по итогу бросаю «БМВ» на соседней улице, чтобы не делать круг по односторонке.
В квартире мрачно и тихо. К тому же пахнет валерьянкой.
— Гайка, — зову из прихожей.
Молчание пугает.
Снимаю кроссы и направляюсь в спальню. Там замираю на пороге, как вкопанный.
— Наташ, любимая, — зову, разглядывая хрупкое тело, свернувшееся калачиком на кровати. — Ты ведь не спишь?..
Тишина.
Устроившись сзади, крепко обнимаю под грудью и упираюсь в затылок лицом. Вдыхаю тонкий аромат самого любимого на свете человека. Медленно напитываюсь им, но успокоения нет. Еще тревожнее становится.
— Куда ты убежала? — шепчу тихо-тихо. Так, чтобы не разбудить.
Прислушавшись к мерному дыханию, понимаю, что правда спит. Носом касаюсь мягких волос и прикрываю глаза от режущей горло и грудь острой боли. Переживаю, пиздец.
За нее и за себя.
За нас…
— У меня телефон звонит, — сообщаю Денису извиняющимся тоном и, взяв гаджет со стола, быстрым шагом иду из студии.
Сердце в груди стучит как остро заточенный топор — каждый удар ранит плоть.
— Рома?..
