Я не могу быть рядом с человеком на пятьдесят-семьдесят процентов. Тут все или ничего. Если доверяешь, то полностью, если любишь, то с головой. Не умею я по другому.
Юля с подозрительным прищуром смотрит на меня.
— Кать, а ты сейчас о чем думаешь? Не о Владимире Алексеевиче ли? — ее лукавая торжествующая улыбка выводит меня из задумчивости.
Активно отрицательно качаю головой, но делаю это слишком быстро и резко. Конечно, она все понимает. Нет, ну какова же плутовка. Я прячу лицо в ладони и глупо улыбаюсь.
Давно ли я стала думать о нас с Владимиром как о паре. Да и вообще, как давно появилось это “мы”?
Дорога занимает у нас каких-то полтора часа и я практически с облегчением выдыхаю, когда таксист оглашает, что мы на месте.
Еще нескольких вопросов от подруги я просто не выдержу. Сама еще не разобралась в своих чувствах. Да и на мой взгляд это не совсем правильно, так быстро переключать свое внимание с одного мужчину на другого. Даже если первый вовсе не человек, особенно после того, что он сделал вчера.
Мы выходим и переглядываемся с Юлей. Таксист больно быстро развернулся и уехал. Мы же остались стоять посреди лесной дороги, как две дурочки.
Юля смотрит на телефон.
— Нет связи, как же предсказуемо, — подруга осматривается. Впереди поворот. — Ну что, подруга, пойдем?
Ее улыбка подкупает, столько оптимизма, что я и сама начинаю воспринимать это как увлекательное мини приключение.
Вот только, отчего мне очень хочется, что бы у Юли с собой был припасен кирпич? Так, на всякий случай…
Мы идем по дороге и стоит нам только заглянуть за поворот, как моему взору предстоит огромное поле. На расстоянии метров ста от нас небольшой навес на бетонном основании.
Там же стоит Владимир, Коршун и Сокол. Максим, в очередной раз одергиваю и поправляю себя. Что же они задумали?
— Кать, ты не против? — подруга смотрит на меня и кивает в сторону мужчин.
Я пожимаю плечами, не совсем понимая, против чего именно я могу быть. Ведь у меня даже мыслей нет, что именно мы тут будем делать.
Юля же принимает мой жест за согласие, отпускает мою руку и бежит к мужчинам. Максим широко расставляет руки и улыбается самой искренней, влюбленной улыбкой, на какую только может быть способен влюбленный мужчина.
Моя подруга радостно запрыгивает на него, крепко обнимает и они целуются.
Владимир сдержано улыбается и переводит взгляд на меня.
Ну не бежать же мне так же как Юля? Нет? Хотя что-то внутри хочет именно так и сделать.
Все же сдерживаюсь и медленно подхожу к Владимиру.
— Мы тут решили устроить тебе сюрприз, — широкая улыбка озаряет его лицо.
Осматриваюсь. В поле зрения попадает лишь обнимающаяся парочка да Беркут, который стоит в стороне с биноклем на шее и оглядывает поле.
Уже собираюсь уточнить по поводу сюрприза, как Владимир делает шаг в сторону и указывает рукой в сторону поля.
Я приглядываюсь и на расстоянии ста метров три мишени, равно удаленные друг от друга на расстоянии метров трех.
Мишени?
Скептически смотрю на Владимира.
— Беркут, доставай, — его улыбка становится еще шире.
Беркут же кивает и достает спрятанный в траве рюкзак, протягивает Владимиру. Тот достает из рюкзака две пары больших наушников, раздает среди присутствующих: Максиму, Юле, себе и… мне?
Парочка влюбленных отходит в сторону и о чем то весело перешептывается. Мне начинает казаться, что все спланировано заранее, уж больно Юлька весела и все из-под тишка поглядывает в мою сторону.
— А вот сейчас главный гвоздь программы, — Владимир достает пистолет.
Я уверена на сто, нет, на миллион процентов, что это не его фирменная зажигалка обманка. И что мне хотят продемонстрировать мужчины? Устроить соревнование, кто выбьет пятьдесят очков первым?
— Катя, — Владимир пафосно прочищает горло, — в наше нелегкое время настоящая женщина должна если уж не защищать себя, то по крайней мере пользоваться оружием.
Нет! Жестами рук показываю несогласие и делаю шаг назад. Нет, нет, нет. Я дала обещание больше никогда и ни за что не брать оружие.
Смотрю на левое плечо Владимира, испытывая острое чувство стыда.
Он уже однажды пострадал из-за меня, не хочу чтобы это снова произошло.
— ОЙ! — резко вскрикивает Юля, отчего весь мой взор, прикованный к оружию в руках Владимира, переводится на подругу, — Владимир Алексеевич, а вы взяли то, что я просила?
— Пожалуйста, просто Владимир, я уже говорил, — с этими словами мужчина протягивает рюкзак Юле.
Она достает скотч и большую фотографию, которую мне не показывает.
Сощуриваю глаза и с недовольством смотрю на подругу. Точно, тут без ее участия не обошлось. Она все знала и ни слова мне не сказала!
— А что? — разводит руки в сторону, словно прочитав мои мысли, — Если бы я сказала, ты ни за что бы не согласилась.
С этими словами она веселая и довольная убегает в поле к средней мишене.
Я же разворачиваюсь с намерением уйти. Злюсь, что меня обманом вытащили куда-то, не сказав. Мягкая ладонь Владимира ложится мне на плечо.
— Кать, извини, но, правда, тебе это нужно. — Его бархатный голос звучит успокаивающе и завораживает меня.
