Какой позор. Наполовину голая, перед сотней мужиков, а Рейнхард… Он же смотрел! Путаясь в жесткой накрахмаленной ткани, натянула платье и собрала всю смелость, отмеренную мне богом, чтобы выйти обратно, как ни в чем не бывало. Коротко зажмурилась, как перед прыжком в холодную воду, но под веками ещё стояло хищное лицо Рея. Взгляд. Один короткий взгляд, брошенный на меня…
Но сколько за ширмой не прячься, пришлось выходить, однако мои страхи оказались напрасны. Окно оказалось затянуто темной сеткой, сравнимой с тонированным стеклом. На мостике не было ни Рейнхарда, ни адепта. Несколько секунд я в напряжении вглядывалась в затемненный плац.
Резкий стук в дверь словно разбудил меня.
С ошалевшим, судорожно бьющемся сердцем прошла к двери, и та легко раскрылась мне навстречу. Не знаю, кого я ожидала увидеть. Рея? Арию или Лике? Но передо мной стояла вейра Тарвиш, лордесса нир Криоль.
В руках у нее была внушительной тяжести плетеная сумка, которой она также внушительно бамкнула по столу, пройдя внутрь. Я молча отошла в сторону, пытаясь угадать ее действия, но дверь закрывать не спешила. Наша последняя встреча не удалась, так что…
— Приятно вас видеть, вейра Тарвиш лордесса нир Криоль, — сказала я угрюмо. — Чем обязана?
Наверное, хочет назад браслеты или право владения. В теле напряглось каждое невидимое волокно, вырабатывая благословенный гормон стресса, я неслышно сдвинулась к выходу.
— Прекрати мельтешить, девчонка, — буркнула вейра, а после щелкнула пальцами, и дверь оглушительно захлопнулась.
Я подскочила, как лабораторная мышь под напряжением, и тут же устыдилась. Вейра Марите бросила по комнате, с ястребиным вниманием заглянула в шкаф, в стол, под подушку, с усмешкой заметив книгу, а после развернулась ко мне.
— Ты ушла налегке, Клео, поэтому я привезла твои вещи, — она кивнула на корзину.
Как тонко подмечено. Ушла я легче легкого. Выпорхнула, так сказать, из гнезда.
— Не стоит, — сказала я совершенно деревянным голосом. — У меня все есть.
— Привезла твои вещи и немного книг, из тех, что тебе особенно нравились… Книги возьми, не отказывайся… Ты уже встретила этого мальчика, Рейнхарда?
— Вы знаете Рейнхарда? — любопытство пересилило настороженность. — Давно?
— Кто же не знает первого героя Вальтарты, принесшего славную победу над перевертышами?
Глаза вейры Марите цепко и непрестанно двигались, словно фотографируя каждую увиденную вещь. Кровать, книга, стол, плац, шкаф, снова книга, стол, тумба…
— Что ж, Клео, я рада, что твоя судьба складывается удачно. Надеюсь, ты забудешь Клависа и найдешь жизненную нить в другом мужчине. А мне не стоит задерживаться, я едва упросила дирекцию на несколько минут посещения.
Хоть бы узнать, кто эта дирекция, впустившая ко мне необыкновенно добрую вейру Марите. Впрочем, раз уж она пришла, стоит воспользоваться моментом. Я нежно улыбнулась вейре и подошла вплотную, ухватив ее за рукав.
— Ректор сказал, что клан Тарвиш, не разрабатывал мои магические потоки, но каждый клан, взявший иномирянку, обязан предоставить ей образование. Почему?! Если я не нравилась вам, почему нельзя было передать меня другому клану, который сумел бы позаботиться о моей судьбе?
Блестевший темным золотом взгляд вейры Марите, наконец, прекратил свой бег и остановился на мне. Я вцепилась ей в руку, но та даже не шелохнулась.
— Знаешь, в чем твоя беда, Клео?
— В доверчивости? — предположила я с ожесточением, но вейра Марите совершенно серьезно качнула головой.
— Ты мыслишь, как человек, хотя живешь в обществе драконов. Эту ошибку совершают многие иномирянки, но ты всегда казалась мне умной, поэтому у тебя ещё есть шанс.
— Шанс на что?
Вейра легко вырвала руку из моей хватки, но едва меня качнуло обратной тягой, поймала за плечо.
— Шанс на выживание. Ты ведь не хочешь умереть?
В груди у меня ощутимо дрогнуло. Что все это значит?
— Что вы сделали со мной в клане Тарвиш?
Голос сделался тихим и хриплым, и вейра Марите сделала вид, что не расслышала. Кинула подушку обратно на книгу и прошла обратно к выходу.
— Разбери привезенные вещи, Клео, дорогие платья быстро мнутся, а книгам нужно тепло и уважение.
Дверь тихо клацнула замком. Я осталась в полной тишине наедине с вечно сонным волчком, который даже не отреагировал на вейру Марите, и оставленной ею сумкой.
Я медленно прислонилась к захлопнувшейся двери и выдохнула.
«Может, выживешь» сказала вейра Марите, и это было намного серьезнее, чем все эти детские игры в отношения. Я ожидала скандала, требований, ругани и упреков, огнеглазой вейре Марите очень шло трясти документами и жестко ставить на место, но, когда я взяла ее за руку, взгляд у нее был скорее испуганный, чем раздраженный. Что, во имя всех святых, могло испугать такую отчаянную стервозу?
