– Ты опоздала. – Ярость, что накапливалась весь день, была готова вырваться в любую секунду.– Мне жаль, я… – Она виновато опускает глаза в пол, чем только еще больше вызывает раздражение.– Довольно. – Поднимаю я руку вверх. – Избавь меня от подробностей.Лоб Ангелы морщится, но она сдерживается и молчит.Я втягиваю запах своей истинной и кривлюсь. Тонкий запах роз смешался с…– Пойди помойся.– Что? – С небольшим волнением в голубых глазах спрашивает она.– От тебя несет…им. – Я с трудом проглатываю ком в горле, отходя в сторону.Ангела краснеет, а затем быстро убегает в свою комнату. А я сжимаю руки в кулаки. Когти уже выступили вместо ногтей и вспороли плоть. Потекла кровь. Это единственное, что я могу теперь делать.
Глава 1. Гектор.
Ангела опаздывала уже на добрых пол часа…
Я презираю не пунктуальных людей. Они считают свое время важнее других. Будто их жизнь значит больше. Это не так.
Я сжимаю поручень дивана, на котором сейчас сижу в ожидании, внизу на ковре играют наши дети, а я с каждой минутой начинаю закипать все сильнее.
На этот вопрос я собирался получить ответ, когда она вернется домой. Ей больше не удастся избежать серьезного разговора.
Дракон внутри практически не реагирует на мои эмоции. Он скучает по Ангеле, нашей истинной, но это чувство такое блеклое и практически не ощущается.
Зато ощущается моя зарождающаяся внутри ярость на ситуацию.
Скрип двери, а затем быстрые шаги дают понять, что жена, наконец, вернулась домой.
– Мама!
Первым подрывается Доминик, он очень привязан к своей маме. Следом семенит Илия, наша старшая дочь. В прошлом месяце ей исполнилось шесть лет, она многое уже понимала и не так эмоционально реагирует на родительницу.
– Детки мои. – Ангела опускается на колени, оказываясь на уровне их. – Простите меня. Я вам тут кое-что принесла в качестве извинений.
Доминик хватает какую-то игрушку из рук, широко улыбается и ласково обнимает свою маму за шею.
– Спасибо.
Илия продолжает стоять позади брата и молчать, плотно поджав губы.
– А это тебе. – Ангела виновато улыбается и протягивает дочери пяльце. – Теперь ты сможешь вышивать.
В отличии от брата, она не спешит забрать подарок или рассыпаться в благодарностях. Илия как-то странно смотрит на свою мать, а затем резко хватает подарок и говорит брату:
– Пойдем, родителям нужно поговорить.
– Зачем? Что случилось? – Доминик упирается, совсем ничего не понимая. – Я не хочууу.
– Доминик. – Строго говорю уже я сыну. – Слушайся сестру.
Я был благодарен Илие, что она поняла все без слов и решила дать нам с Ангелой время. Она с раннего детства была тактичной девочкой и чувствовала ситуации на интуитивном уровне.
Так произошло и сейчас.
Дети скрываются в детской, жена тем временем поднимается, поправляет свое темно-синие длинное платье. Несколько прядей черных волос падают ей на ключицы. Они выбились из сложной прически, которую ей фрейлина с утра делала около часа. Сейчас же было видно, что Ангела пыталась ранее ее привести в исходный вид.
Получилось плохо.
По крайней мере я это заметил.
– Ты опоздала. – Ярость, что накапливалась весь день, была готова вырваться в любую секунду. Не удачно брошенное слово или не та интонация и все, произойдет взрыв.
– Мне жаль, я… – Она виновато опускает глаза в пол, чем только еще больше вызывает раздражение.
Мы оба знаем, что это не так. Ей совершенно не жаль. И никогда не было. Мне кажется, она вообще не умеет испытывать это чувство.
– Довольно. – Поднимаю я руку вверх. – Избавь меня от подробностей.
Лоб Ангелы морщится, но она сдерживается и молчит. Я встаю с дивана и подхожу к ней ближе, нависая над женой. Дракон внутри слегка откликается на истинную. Я уже и забыл, какого это чувствовать его внутри себя в полной мере.
– Один вечер в недели. Всего один несчастный день.
– Колесо у кареты сломалось и пришлось ждать, пока его восстановят. – Быстро начинает объясняться Ангела, не зная куда деть свои руки. – Впредь такого не повторится. Обещаю.
Я скольжу взглядом по молочной коже в области декольте. Ангела носила максимально скромные платья, на людях вела себя сдержанно, правильно по меркам высшего общества. Она ни разу не подставила нашу семью или выставила на посмешище. Но…
Я втягиваю запах своей истинной и кривлюсь. Тонкий запах роз смешался с…
– Пойди помойся.
– Что? – С небольшим волнением в голубых глазах спрашивает она.
– От тебя несет…им. – Я с трудом проглатываю ком в горле, отходя в сторону.
Ангела краснеет, а затем быстро убегает в свою комнату. А я сжимаю руки в кулаки. Когти уже выступили вместо ногтей и вспороли плоть. Течет кровь. Это единственное, что я могу теперь делать. Полное обращение для меня закрыто уже как шест лет.
Я прикрываю глаза и выдыхаю, пытаясь успокоиться.
Каждый из нас добровольно пошел на это. Еще в самом начале отношений, когда метка истинности отразилась на руке Ангелы на меня. Она жила в не полной семье бывших аристократов. После смерти их отца они утратили положение в обществе. Но воспитание у нее было заложено с детства. Она знала, как подать себя перед высшими слоями общества, также была красивой наружности. Я все еще помнил, какого это обладать ее телом.
Меня воспитывали иначе. Всегда говорили, что кроме истинной, остальные девушки мусор. Не стоит распылятся чувствами на других. Вот когда встретишь свою нареченную судьбой, тогда и выльешь на нее всю свою нерастраченную любовь и заботу. А еще только с ней у меня будут правильные наследники. Положение в обществе. Меня в конце концов будет принимать и уважать народ.
