— Оль, не вздумай, — я стиснула телефон до онемения в пальцах. — Начала, так рассказывай всё до конца. Влад непонятно когда домой вернётся, и я сдурею, пока дождусь его объяснений. Терять уж нечего. Говори!
— Блин… ладно. Но имей в виду, тебе всё-таки стоит попросить у него прояснить ситуацию. Миронов знает только то, что знает Миронов. Мало ли как там всё было на самом деле.
— Я слушаю, Оля.
— Да, да… Короче, Королёв твой в универе за этой Лопатиной… убивался. Другого слова не подберу. Любовь там была, говорят, неземная. На что угодно ради неё был готов. А она им крутила-вертела, а потом и вовсе хвостом махнула, какого-то богача отыскала, замуж за него выскочила и чуть позже совсем уехала из страны. И… короче, Миронов говорит, Королёв именно потому так быстро и взлетел. Типа мотивация у него была разбогатеть… Маш, но я думаю, что вот последнее — это неправда. Если бы ты ему не помогала. Если бы вы не познакомились…
— Я поняла, — собрав остатки воли в кулак, я не позволила своего голосу окончательно надломиться. — Спасибо. Оль, что рассказала. Я теперь чуточку лучше ситуацию понимаю.
— Маша, помни, пожалуйста, что я тебе говорила, — строго напутствовала подруга. — Прежде чем делать какие-то выводы, попроси Королёва всё объяснить.
— Я помню.
Положив трубку, я ещё какое-то время сидела на краешке дивана в нашей тихой гостиной. Сидела и пялилась в пустоту.
Как же так вышло, что муж решил не посвящать меня в такой важный момент из своего прошлого? Да и верное ли слово я подобрала? Разве момент? И сколько же он её любил? И сколько страдал, после того как она его отвергла? И любил ли он её, когда со мной познакомился? Когда меня замуж позвал? Когда мы поженились? Что он чувствовал к ней тогда? И что чувствует сейчас, когда она в его жизнь вернулась?
Эти вопросы плодились в моей голове со скоростью света и кислотой разъедали мои суматошные мысли.
Сейчас, когда Ольга мне всё рассказала, картинка значительно прояснилась. И взгляды, которые мой супруг бросал на эту Киру… теперь они мне более чем понятны. Теперь мне ясно, откуда в его глазах светилась такая нежность и такая тоска.
Меня замутило.
Внутренности скрутило болезненной судорогой и стало трудно дышать.
Какие бы вопросы я ему ни задала, ответы-то лежали на самой поверхности. В нашем браке Влад искал утешения. Успокоения. Он пытался забыться.
Вот поэтому между нами никогда не пылала настоящая страсть. Мы сошлись с ним спокойно и тихо, без шквала эмоций, без головокружительных переживаний.
Да, конечно, не все люди одинаковы по темпераменту, не все живут на вулкане страстей. Но… но иногда мне хотелось. Мне хотелось почувствовать что-то такое… жгучее, обжигающее. Я хотела бы, чтобы он смотрел на меня так, как смотрел в том чёртовом ресторане на эту свою Киру из прошлого!
Слёзы потекли ручьями по щекам, а я даже не сразу это заметила. Только когда тяжёлые солёные капли закапали мне на колени, я вздрогнула.
А мгновенье спустя дверь в прихожей тихонько щёлкнула. Открылась. Закрылась.
Я только и успела, что отереть залитое слезами лицо.
Ключи громко звякнули о донышко чаши в прихожей, и Влад заглянул в гостиную.
Наши взгляды встретились, и ничего не пришлось объяснять. Муж, конечно, сообразил, что до окончания наших с ним объяснений ещё далеко. А может, и сумел уловить, что закончатся эти объяснения, скорее всего, не примирением, а… разводом.
Сейчас мне никакой другой вариант на ум и не приходил.
— Маш?.. — позвал он тихо.
Брови нахмурены, челюсти напряжены. Он всё понимал, но, возможно, надеялся, что мы сможем как-то проскочить через этот момент. А как проскочить, если он не просто со своей первой любовью встретился, а ещё и берётся её защищать!
— Влад, я всё знаю. Я знаю, кто такая эта твоя… Кира.
Его карий взгляд тут же потяжелел. Метнулся на лежавший у моей руки телефон.
— Что, справки навести успела?
Голос его огрубел и проехался по моим оголившимся нервам наждачной бумагой.
— Не пришлось. Информация сама меня отыскала.
— Ну, конечно, — пробормотал он вполголоса.
— Где ты был?
— Что значит, где? — моргнул он. — Работал.
— Ты был у неё?
Пауза.
— Влад, ты был у неё?
— Да, у неё, — раздражённо. — Маш, она сейчас и есть моя работа.
— Нет, — покачала я головой. — Нет, Влад. Она для тебя не работа. И никогда ею не будет. Поэтому нам прямо сейчас нужно закрыть этот вопрос.
— И что ты собралась решать прямо сейчас?
Я видела, что Влад раздражён. Его будто задела моя решительность. Он думал, я распущу сопли и буду предлагать ему компромиссы? Надеюсь, что нет. Надеюсь, он так не думал. Иначе, по всему выходило, он и не знал меня толком. Совершенно не знал.
— Наши будущие отношения, — я сделала ставку на прямоту. — Очень надеюсь, что ты меня в этом поддержишь.
Муж наконец сообразил, что я решила переть напролом и не собираюсь под него прогибаться. Ему даже говорить ничего не пришлось — стоило только увидеть, как заледенели и без того суровые черты лица, как выдвинулась чуть вперёд массивная челюсть.
Ну конечно. И как это я посмела даже пытаться оспорить его авторитет и монополию на решения!
