-Не устраивай истерику на пустом месте. Оступился. С кем не бывает? Какой бы еще мужик не оступился, если бы его жена не могла забеременеть три раза с ЭКО?– Ты еще меня обвиняешь в этом? От меня ничего не зави… Подожди. У нас было четыре ЭКО. Ты, что.– Да, я знаю. И поверь, тебе лучше не знать, как я на тебя зол. Я не буду спрашивать почему ты решила скрыть от меня ребенка.– Да правда, почему? Мы же в разводе из-за твоей беременной любовницы. Все. Уходи, Мирон, – скидываю с плеч его руки, но не на долго.– Нет никакого развода. Ясно тебе? Я порвал те документы. И ребенка у меня ни от кого, кроме тебя не будет. Мы семья. Точка.Когда я узнала, что беременна, что наша очередная попытка с ЭКО увенчалась успехом, муж мне изменил, и как оказалось, не в первый раз. От него беременна другая, я ему больше не нужна. Мы ему больше не нужны. Вот только какой сюрприз таился в ЭКО…
– Мирон? Ты что тут делаешь? – с удивлением смотрю на мужа и не понимаю, что он здесь забыл.
Он ведь сам от меня отказался. Сам заставил подписать документы о разводе, ведь у него есть беременная любовница. Разве они не должны переделывать детскую, ведь у меня совершенно нет вкуса, и комната смотрится убожеской, или как там говорила эта Агата.
– Приехал за тобой, – оттолкнувшись от капота машины, идет ко мне походкой хозяина жизни. – Малыш, пора прекращать эти бегалки. По и ладно. Пора возвращаться домой, – и выбившуюся из прически прядку на палец наматывает.
Раньше мне это нравилось, а сейчас раздражает, ведь так он делал не только мне, но и ей.
– Ты сейчас серьезно? Куда ты предлагаешь мне вернуться? Туда, где твоя любовница делает ремонт в детской, потому что у меня ужасный вкус? Ты не в себе. Уходи, я не хочу слушать этот бред, – отмахиваюсь от него, хочу обойти, но муж упрямо преграждает путь, хватает за плечи, в желании остановить.
Только во мне все кипит от злости и непонимания. Но ему на это все равно. Он смотрит на меня так снисходительно, что душу наизнанку выворачивает. Так смотрят на неразумных детей, которые считают себя умнее взрослых. И вот, чтобы доказать свою взрослую правоту, родители дают малышу ошибиться, а потом награждают вот таким вот красноречивым взглядом.
Но я не ребенок. Третьей никогда не буду. Мне нужен мой муж, мой мужчина. Он меня променял. И как бы мне не хотелось вернуться в теплый мирок, под его крылышко, ведь хорошего между нами было куда больше, чем плохого, мне некуда вернуться.
– Ее больше нет. Агаты больше не будет в нашей жизни, – совершенно спокойно говорит, а во мне все обрывается. – Не устраивай истерику на пустом месте. Оступился. С кем не бывает? Какой бы еще мужик не оступился, если бы его жена не могла забеременеть три раза с ЭКО?
– Ты еще меня обвиняешь в этом? От меня ничего не зави… Подожди. Ты сказал три раза. Но у нас было четыре ЭКО. Ты, что.
– Да, я знаю, малыш. У нас все получилось. И поверь, тебе лучше не знать, как я на тебя сейчас зол. Эту радостную новость я должен был узнать от тебя. От тебя, понимаешь? А не случайно увидев письмо из клиники, где расписана инструкция на первый триместр, что, как и когда принимать, делать и так далее. Я не буду спрашивать почему ты решила скрыть от меня ребенка.
– Да правда, почему? Мы же в разводе. Все. Уходи, Мирон, – скидываю с плеч его руки, но не на долго.
И шага сделать не успеваю, как он клещом в меня впивается и толкает к машине.
– Нет никакого развода. Ясно тебе? Я порвал те документы. И ребенка у меня ни от кого, кроме тебя не будет. Мы семья. Точка. Забудь про это недоразумение.
– Недоразумение?
– Да. И сейчас ты молча идешь к подруге, и собираешь вещи. Хотя, нет, лучше это сделаю я, а ты пока посидишь в машине. А то настропалит эта мегера против меня. Итак уже настропалила, что горя хапну, чувствую. Сиди смирно и жди. Мы семья, Алёна. Ничто и никто это не изменит.
Я даже пикнуть не успеваю, как бывший муж, а может, и не бывший, заталкивает меня в машину, пока я в шоке, и скрывается за дверью подъезда.
– Ну, что же вы, Алёна Андреевна, мы ведь с вами не в первый раз делаем ЭКО. Задержались вы с визитом. Не хорошо. Как маленькую, вас вызваниваю, – недовольно говорит Светлана Леонидовна, заполняя бумаги.
Чувствую себя нашкодившим ребенком, но как объяснить женщине, что в четвертый раз услышать, что эмбрион не прижился, страшно? Каждый раз одно и то же. Две недели радостного ожидания, ложные признаки наступления беременности, а потом оглушающие слова:
Я очень устала слышать эти слова и начинать все по новой. Поэтому и не пошла на прием две недели назад в положенную дату. Снова ложная симптоматика, как мне казалось, ложная, тяготила душу.
– Я уже думала вашему мужу, звонить несмотря на вашу просьбу.
Да, после первых двух попыток я попросила не тревожить Мирона. Лучше самой ему сказать в пятницу вечером, чем слышать упреки, что после звонка врача, он не может нормально работать. За выходные он обычно успевает свое горе от неудачной попытки утопить с друзьями. Не со мной.
Я переживаю это в одиночестве. И честно, думала, что пора подумать об усыновлении. Мы мучали друг друга безуспешными попытками ЭКО. Даже отдалились друг от друга, ведь для мужа это как удар ниже пояса, что жена ходит в клинику, в то время, как у его друзей уже планы на второго ребенка.
Но почему-то Мир думает, что больно только ему, ведь я прячу от него свои слезы и переживания, стараюсь быть сильной и говорю ему, что значит рано, придет наше время.
И, кажется, кто-то там наверху услышал мои молитвы, потому что на календаре не появился очередной красный флаг. Выждала время и наконец-то сама позвонила врачу, чтобы назначить дату приема.
