Измена застрявшей в снегопад полностью

Полагаю, я должен был это предвидеть. В конце концов, я был в некоторой степени осведомлен о ее блядских глазах до того, как женился на ней. Алексадра, она же "Алекс", всегда описывала себя как неразборчивую в связях до того, как мы встретились. Но я предполагал, что все это было частью ее прошлого, и там это навсегда останется.

Я знал, что мужчины смотрели на нее, клеились к ней, даже флиртовали с ней. Иногда со мной прямо там, в комнате с ней. Почему бы и нет? Она была призом, и меня это никогда не беспокоило. Я не был ревнивцем (по крайней мере, я так думал). Если парни считали ее сексуальной, я принимал это за комплимент. Она была симпатичной девушкой — естественно высокой, около 5 футов9 дюймов, с длинными прямыми темно-каштановыми волосами и широкой челкой, которая обычно спадала ей на лицо. У нее были выразительные черты лица, самыми выразительными из которых были большой рот, полный идеальных белых зубов, и большие ямочки на щеках. Ее глаза были карими, дымчатыми, если она пользовалась косметикой, хотя она редко это делала. Если бы у Хилари Суонк была горячая младшая сестра, и вы добавили бы некоторые черты Дженнифер Гарнер, это была бы Алекс.

Когда мы встретились, она была подтянутой, бегуньей и завсегдатаем спортзалов, за чем я часто старался не отставать. У нее были красивые круглые упругие сиськи с пышными розовыми сосками, идеальная рельефная попка, которую вы могли бы назвать "большой", и длинные подтянутые ноги.

Прямо сейчас все, о чем я могу думать, это об этих ногах, вероятно, обернутых вокруг его талии, когда он трахает ее в третий раз за сегодняшний день. Даже когда я сижу здесь, я могу видеть их в соседней комнате. Скрип кровати, ритмичный стук изголовья о стену и ее непрекращающиеся стоны удовольствия. Не то чтобы я хотел слушать, но что еще я могу сделать? Мне некуда идти! Нас буквально завалило снегом, и ожидается, что мы будем там еще неделю.

Думаю, это правда, то, что однажды сказал мне мой отец, когда я был маленьким, и у меня украли велосипед прямо с лужайки перед домом. "Когда у вас есть хорошие вещи, всегда найдутся люди, которые захотят их у вас отобрать".

Но я никогда не думал, что кто-то так нагло украдет ее у меня. Я никогда не думал, что она уступит так охотно. И уж точно не в наш медовый месяц, из всех возможных!

"О черт! О черт! О ЧЕРТ!"

Я слышу, как она ругается сейчас в ритме их совокупления. Явный признак того, что он доводит ее до оргазма. Я уверен, что когда они закончат, они выйдут потные, довольные и, вероятно, едва ли обратят на меня внимание. И почему они должны? Они уже рассказали мне все... как он утащил ее у меня из-под носа.

Я смотрю на запертую дверь спальни и размышляю о свинцовом шаре в животе и разбитом сердце, которое я лелею. Я думаю обо всех своих друзьях и семье дома, которые в удивительном неведении о том, что здесь происходит ... вероятно, предполагая, что мы вдвоем проводим лучшее время в нашей жизни. Ключевой номер: нас двое.

Они не знали, что будет нарушитель. Мы тоже.

Позвольте мне немного вернуться назад...

***

"Это оно?" Спросил я. Подъездная дорожка была едва обозначена. Покрытая колеями гравийная дорога, которая змеилась между деревьями и поднималась на холм.

"Теряешь самообладание?" Алекс приподняла бровь. Дразнящая улыбка заиграла на ее губах, когда она села за руль джипа, взяв на себя управление последней половиной поездки. Мы не видели другой машины почти час.

"Буквально так начинаются все фильмы ужасов", - ответил я. У штата Мэн был свой подход к этому, который нам обоим нравился. Но временами это было и пугающе по-сельски. Когда вы выросли в пригороде, легко забыть, какая часть Соединенных Штатов все еще является неосвоенной дикой местностью.

"Как тебе это?" Спросила она, заводя джип по немощеной подъездной дорожке.

"Мы сворачиваем не туда и становимся жертвой жителей холмов", - ответил я.

Она покачала головой. "Ты видел прогноз? Если это превратится в какой-нибудь фильм ужасов, то это будет "Сияние"."