Романтические отношения между представителями разных рас – не редкость; хотя стандарты красоты у бангоров, тувларов и квейтринов сильно разняться, но все мы люди, все мы человеки. А вот смешанные браки, насколько мне известно, почти не встречаются, и дело здесь совсем не в каких-то предрассудках: просто совместные дети у представителей разных рас – это большая редкость, всё же различия тут гораздо больше, чем цвет кожи и разрез глаз.
– Я продал кристалл, который мы взяли с уробаса, – оповестил меня Умник. – Деньги делим так же, как и остальную прибыль с рейда?
Я молча кивнул. Прибыль с рейда в заражённые территории мы договорились делить пополам. Конечно, уробаса я прикончил без какой-либо помощи со стороны Умника, но без него я вообще не получил бы никакой прибыли, так как попросту не знал, что из уробаса можно вытащить кристалл-накопитель – так что такая делёжка вполне справедлива.
Умник тоже кивнул, и через пару секунд «система» оповестила меня о том, что на мой счёт поступил перевод.
– И вот остатки – думаю, наличность тебе не помешает. – Умник с присущим ему педантизмом выложил на стол передо мной стопочками монеты разного достоинства:
Пара стопок крестов – самые мелкие как по размеру, так и по ценности. С обеих сторон монетки изображён крест, отсюда и название. Ничего общего с христианским распятием: прямой равносторонний крест, заключённый в окружность – символ главенствующей в этом мире религиозной конфессии, церкви света.
Стопка монет побольше как размером, так и номиналом – кредитов. Один кредит по стоимости равен десяти крестам. С одной стороны изображена цифра 1, с другой буквы КР. Ещё несколько стопок монет разного достоинства и размера, сделанных подобным образом: по десять, пятьдесят, сто кредитов и так до тысячи. Все монеты сделаны из лёгкого и очень прочного металла серебристо-белого цвета, кустарным способом получить такой очень непросто и очень дорого, так что о фальшивомонетчиках в этом мире я не слышал – подделывать валюту оказывается себе дороже. Простая и надёжная защита.
Наличные деньги имеют хождение в мире высоких технологий за счёт разрозненности и удалённости некоторых мест, где обитают люди, и проблем со связью между ними. Территории, поражённые волной АТ-энергии, создают целый букет различных аномалий, препятствующих прохождению сигналов. Причём где-то местность просто постоянно создаёт поле повышенной электромагнитной активности, а где-то и не постоянно! И это один из самых простых вариантов помех.
Вместе с переводом от Умника получилось двенадцать тысяч кредитов – это половина от суммы, за которую удалось продать кристалл. Неплохо за один удачный удар и пару минут мясницкой работы, но если учесть, что уробасов нужно ещё выследить, перебить сопровождающих их гончих, с которых ничего ценного не получишь, а потом ещё и убить быстро и не просаживая энергетический щит, который может выставить это троллеподобное существо – «выхлоп» с такой охоты получается так себе. С учётом того, что за контракт мы с Умником получили по семьдесят пять тысяч и премию по пятнадцать, непонятно, как вообще живут вольные изменённые и зачем они так живут.
Этот вопрос я и задал Умнику:
– Умник, а чем вообще живут вольные изменённые? В смысле – как на жизнь зарабатываете?
– По-разному! – Умник пожал плечами. – Охрана караванов, охота за кристаллами-накопителями, другие мелочи… Вот завтра с Тараком собираемся на вилорогов поохотиться – мяса заготовить для Фелина и «Восточного Полюса».
«Восточный Полюс» – это ресторанчик среднего класса, обставленный в стиле древних путешественников: лакированные панели из тёмного дерева, деревянные штурвалы на стенах и компас на постаменте в центре обеденного зала. Из-за электромагнитных аномалий, окружающих Ньюхоум, стрелка компаса постоянно вращается в произвольном направлении. Я раз бывал в этом ресторане: цены там умеренные, как и отношение к изменённым – умерено-холодное.
– Заготовить мясо? – переспросил я.
– Да, не всё же синтезированный белок жрать. Он по вкусу хоть и не отличается почти, но всё же почти. Думаю, ты заметил, что отбивные в меню как раз из оленины!
– Я просто думал, что эта работа не для изменённых – вилорогие олени, мягко говоря, не самый опасный противник.
– Так и есть! – поддержал беседу Тарак. – Но за стенами один чёрт опасно для простых людей. Да и охотники из них… – Бангор скривился и махнул рукой. – Подкрадутся к стаду, убьют одного вилорога, ну, может, двух, а остальное стадо убежит. А мы бегаем не хуже вилорогов и убьём их столько, сколько нам потребуется! Так что дело несложное: берём платформу, находим стаю, валим оленей, грузим и возвращаемся. Хочешь с нами прогуляться? Сам всё увидишь.
– Нет, мне завтра на дежурство заступать, – отказался я.
– Вот везёт же некоторым! Ему завтра на дежурство заступать, а он сегодня бухать собирается! – Наёмники за соседним столом прекрасно слышали, о чём мы разговариваем. – А меня за такое из стражи погнали. Пару раз с похмела на службу пришёл – и привет!
