Я осуждающе посмотрел на кента, но спорить не стал, хотя и не был до конца согласен с такой резкой оценкой. Но он в чем-то по-своему прав, мы ведь не скурвились, хотя жизнь нас ломала еще и не так. Да, Наташку жалко, она же, по сути, просто хотела для себя лучшей жизни, как и все люди. Но, с другой стороны, человек, способный на предательство, даже зная, что тот, кого она предает, любит ее и готов ради нее на все, ничего не жалеет, исполняет все ее мечты, может быть, и не заслуживает лучшей доли. Может быть — потому что я не судья, а еще, потому что сам нисколько не лучше, а, скорее, даже намного хуже. В любом случае я ее простил еще тогда, по возвращении в 2008-й, и даже отдал все свои деньги, чтобы она смогла осуществить свои мечты. И в том, что она с этим не справилась, нет моей вины. Наверное…
Решительно настроенный нагрянувшими полковниками, пообещавшими в случае удачи помощь в карьерном росте, майор Сугробов, начальник оперативной части исправительной колонии № 3, лично возглавил грандиозный шмон. Целая группа сотрудников из десяти человек перевернула вверх дном не только первый этаж общежития, где располагался второй отряд (за которым смотрел Пастор), но и все здание. Много чего из неположенных вещей нашли, сломали кучу незаконно возведенных перегородок между спальными местами и прочей мелочевки, но нужной полковникам вещи не обнаружили. Сначала Сугробов обрадовался, поскольку были конфискованы целых три смартфона, а именно на поиск смартфонов он и был нацелен московскими полканами с грозной бумагой из ГУИН. Те тоже казались довольными, пожали руку и укатили, забрав телефоны. Потом один из них, который из ГРУ, отзвонился и сообщил, что это не то, что им было нужно. Попросил внимательно наблюдать за Пастором и, если что, сразу сообщить. Но тон у гэрэушника был усталый, явно они уже не ждали от него ничего интересного, и майор Сугробов сплюнул и зло выругался.
А Пастор, внимательно наблюдавший за шмоном вместе с Нечаем и завхозом отряда, чтобы менты не уволокли что-то из положнякового, но приглянувшегося, сразу смекнул, что они на самом деле ищут. Особенно после того, как заблестели от радости глазенки кума Сугроба, когда ему приволокли найденные телефоны. С чего бы ему так радоваться, их постоянно находят? Он посмотрел на Нечая и тот согласно кивнул, тоже вкурил, что ищут их прибор. Зря только они его здесь искали, его даже в пределах локалки не было, нычка Пастора была супернадежной, прямо в кабинете начальника медчасти, о чем тот, понятно, даже не подозревал. Зато был в курсе санитар, бывший начальник отделения сердечно-сосудистой хирургии в областной больнице, крупно проворовавшийся и спалившийся несколько лет назад. Как только он пришел этапом на зону, его сразу к медчасти приписали, официально — санитаром, а по сути, он там всем заправлял, поскольку разбирался и в медицине, и в медицинском хозяйстве намного лучше местных лепил. Он давно был у Пастора на крючке, поскольку человек нужный, даже смотрящий за больничкой был не в курсе всех их дел.
— Что думаешь? — подошел к Пастору Нечай после шмона.
— Что и ты, — скривился тот. — Похоже, мусора опять взялись за дело Сурка, что-то, думаю, у них не сошлось там.
— Считаешь, Сурок уже под колпаком?
Пастор задумчиво почесал бровь, шрама больше не было, а привычка осталась.
— Думаю, Сурок пока не раскололся, иначе бы нас просто за жабры взяли и стали бы выбивать показания. В любом случае, здесь бы не оставили.
Нечай покивал соглашаясь.
— Думаю, Сурка еще даже не прищучили, но он у них под подозрением. Будут копать, и копать упорно. Нашему куму, видать, намекнули, вот он и вызверился сегодня со шмоном. Но нихера не нашли, значит, что?
— Что? — уставился на Пастора Нечай.
— Что, что?! Мы теперь под колпаком у Сугроба, Нечаюшка.
— И чё теперь?
— Не знаю, Андрюха. Думаю, надо пока погодить и прибор не палить. К козлику с больнички пока не подходи даже, не дай Бог, кум что заподозрит, ты понял меня?
— Мля, — простонал Нечай. — А я как раз хотел…
— Нечай, — вызверился Пастор, — ты х. во слышишь?
— Да понял, я понял, не кипешуй! — огрызнулся Нечай. — Что будем делать, если Сурок расколется за нас?
— Если Сурок расколется, брат Нечаюшка, нам с тобой полная п. да! Нас, скорее всего, увезут отсюда, а потом где-то так потеряют, что сто лет никто не найдет.
— Может, вальнуть его, а, братишка? — сверкнул глазами Нечай.
Пастор задумался. Может, и надо Сурка валить, конечно, так надежнее. Вот только в прошлом его валить смысла уже нет, что-то мусора за прошлое уже раскопали. А в настоящем…, можно, конечно, побазарить с братвой, глядишь, кто и подпишется. Однако Пастор подозревал, что в настоящем им Сурка уже не взять, скорее всего, он под плотным колпаком. И если кто сунется, то потом по цепочке выйдут на них. Нет, лучше пока подождать… или?
_____
Не скупитесь на лайки и награды, уважаемые! Вам нетрудно, а автору приятно и понуждает писать дальше.