Все было слишком хорошо, чтобы быть правдой, и он все еще не был готов поверить в происходящее до конца.
— И тебе… правда, нравятся Кенмарские коршуны? — Гарри застыл, тревожно ожидая его ответа. Но Малфой лишь презрительно фыркнул:
— Ну и что в этом такого плохого? Может, они и не самые популярные в лиге…
Тучи чуть расступились, и в самый центр стадиона ударил солнечный луч. Гарри рассеянно ему улыбнулся, стараясь унять счастье, бурлящее между сердцем и горлом.
— Но они же полный отстой! — улыбаясь, он специально не смотрел на Малфоя, надеясь, что так тот не сможет заметить, как сияют его глаза.
Но от наблюдательного Малфоя было сложно что-либо скрыть.
— Давай мы с тобой обсудим это завтра на стадионе. Я как раз собирался познакомить тебя с отцом, — Малфой усмехнулся, и прежде, чем Гарри успел испугаться, прижался губами к его губам, целуя так, как умел только он.
Теряя голову от его близости и его теплых губ, Гарри закрыл глаза, даже не замечая, как две реальности стремительно полетели навстречу друг другу. Как стали сближаться, схлестываясь и переплетаясь видениями. Чтобы накрепко сцепиться в одну настоящую жизнь.
