-Ты не захотел со мной разговаривать... Ты написал...
-Я не писал! Я не изменял! Короче, ты по всем пунктам в минусе, Дани! Что делать теперь будем?
Кривится. Рассерженно вытирает слезы.
-Да ты мне сначала докажи это! Я не верю тебе! Может, ты врешь сейчас? Говоришь специально, чтобы я себя чувствовала каким-то чудовищем! А всё совсем не так было!
-Это ты мне докажи, что я тебе изменял! Где это видео? Где? Нет его! Да и не было никогда!
-Было!
-Не было!
- Ах так!
Снимает с колен щенка, укладывает на диван. Встает.
-Вези меня домой! Немедленно!
-Ну, пошли!
Вот и поговорили.
-Ты же пил, - пытается робко выразить заботу обо мне.
-Да тебе-то что до этого?
-Да и правда. Мне-то что! - натягивает куртку.
Идём к выходу.
Ну? И чего же ты хочешь, Трофимов? У тебя остался последний шанс.
-И ты поверила? - ОН смотрит с таким искренним сочувствием и жалостью, что я и сама начинаю думать, что, может, я, действительно, слишком доверчива и пытаюсь наступить на грабли, которыми уже однажды неплохо разбила свой лоб?
-Но вообще-то Трофимов, он... Сам знаешь! Он не лжец!
-Не лжец. Но хороший манипулятор. Он - лидер от Бога! И говорил ровно то, что ты хотела слышать! И вот... Ты уже веришь ему беспрекословно..
-Да нет же! Не верю я!
Вру. Я поверила.
И он отлично знает, что вру.
Полночи не спала. Каждую секунду, проведенную рядом с Гордеем, проживала много-много раз, пока мне не стало казаться, что я сама себе придумала эту встречу, что это нереально, что быть не могло!
Только губы помнили его поцелуи. Только руки помнили ощущение прикосновения к его волосам, к его коже...
А последние минуты вместе, когда он вышел из машины, чтобы проводить меня, и сейчас перед глазами стоят, стоит только отвлечься от разговора.
И я снова отвлекаюсь.
...Выходит из машины следом за мной. Наклоняется внутрь салона. Достает брошенную на пассажирское сиденье уже начатую бутылку. Отвинчивает пробку. Делает глоток. Морщится. Горько. Горько и мне...
Зачем-то стою и наблюдаю за ним, вместо того, чтобы уйти домой.
- Трофимов, прекрати пить! Ты же за рулем!
Он никогда раньше так не делал! Он всегда был очень рассудительным, правильным. Чтобы Гордей и глупости творил? Да не случалось такого на моей памяти! А тут вдруг...
- Ты будешь по мне плакать, если вдруг я разобьюсь? - пьяно смеется он.
- Дурак! - пугаюсь я. - Не говори такого даже!
Потому что если вдруг... с тобой что-то... Если тебя не будет больше никогда на земле... Как мне жить тогда? Зачем? Нет-нет! Изменяй, люби других, только живи!
Пытаюсь забрать у него бутылку.
- Что? Все-таки хочешь почудить? - протягивает ее мне, потом, когда я успеваю только коснуться рукой горлышка, резко тянет к себе. По инерции делаю шаг вслед за "бутылкой раздора" и оказываюсь совсем близко к нему. Лицо ровно надо мной. Растрепанный. Облизывает губы. А я, как маньячка какая-то, вспыхиваю от каждого движения, от запаха его, от близости... - Так давай вместе почудим, а?
Не понимаю, о чем он.
Показывает бутылкой на свою машину.
- Помнишь, как мы в моей тачке трахались? Как это было... Помнишь, как мент на твои крики пришел? - потом, почти без перехода, только уже совсем другим тоном. - С ним ты тоже так звучишь, когда кончаешь?
- Трофимов! - ахаю я, прямо-таки физически ощущая, как лицо покрывается краской стыда. - Да как ты...
Забываю, что хотела сказать дальше. Ну, а что тут скажешь? Я помню. Всё. И как мы в машине с ним любовью занимались, тоже помню! Но, конечно, ни за что не скажу.
Разворачиваюсь и иду домой. А вслед доносится злое:
- Иди-иди...(глоток) А то хахаль твой заждался уже... (глоток). Задолбался, наверное, с МОИМ сыном сидеть... (глоток). Скажи ему, что чуть с бывшим не переспала... (глоток). Можешь сразу сказать еще...
Дальше бормочет что-то непонятное. Мне слышится что-то вроде "обязательно" и "переспишь", но переспрашивать, естественно, нет резона, и я влетаю в подъезд...
...-Дани!
- А? Да! Я слушаю, слушаю!
Но по взгляду понимаю, - отлично видит, что вру.
Устраивается ко мне на диван. Сегодня он в хулиганских рваных джинсах и вытянутой майке, надетой под кожаную косуху. Мне нравится этот образ - он умеет себя подать и, кажется, нет такой вещи, в которой бы смотрелся неуместно и некрасиво.
Давай, Дани, восхищайся им! Это же нетрудно!
Кладёт руку на спинку дивана. Придвигается так, что я касаюсь её затылком. Это очень сильно сужает моё личное пространство. Так сильно, что воздух кажется мне плотным и накаляется.
Я не слышу, что там бормочет телевизор - кажется, сердце стучит так сильно, что заглушает все посторонние звуки.
Делаю вид, что внимательно слежу за происходящим на экране. Но его пальцы аккуратно подбираются к плечу. Медленно проводит по коже вдоль края короткого рукава моей футболки.
Мне приятно?
Нарочно закрываю глаза.
А может... Может, представить себе, что это Трофимов? А? Вдруг прокатит?
И он как будто чувствует мою неожиданную податливость. Губы касаются виска, ползут по скуле.
