— ох ну что же, очень приятно. — глаза его засияли как два изумруда. Этот блеск казался бы симпатичным, но по сравнению с ним рагу Льву казалось лучше. — А не хотели ли бы вы прогуляться сегодня вечером, мне кажется мы вполне бы могли стать… Хорошими друзьями.
Полина молча встала и ушла.
Рыжий окатил незнакомца взглядом самоуверенный, болтливый, вероятно бабник. Не самая лучшая кампания. Кто знает, можно ли будет на него возможно положиться в будущем? Тагир был достаточно высоко в "списке". На владение холодным оружием он показал высокий результат, нанеся "смертельные" удары пятерым подряд. Лучше него выступил лишь Петр и как ни странно Лев. Когда он узнал это, его обуяла новая волна злобы. Однако он ощутил и кое что ещё, мокрый холодный взор ненависти, пробивающий до костей и исходил он именно от Тагира. Тем временем он переключил свое внимание на Гавриила. Рыжик перебил его
— простите, вы сказали что вы аристократ?
— во первых, не красиво перебивать, вы же должны быть джентельменом, а во вторых я крайне рад, что вы спросили это. Видите моя двоюродная бабушка, по материнской линии была третьей женой левой ветви аристократии Сергея Шолохова. И по этому я являюсь косвенным аристократом. А вы, откуда?
Двоюродная бабушка по матери жена какого-то дальнего аристократа. И насколько Лев понимал, не аристократа, не бабушки уже не было на этом свете, а вот Тагир при их браке был. По этому он тут. Был бы он по настоящему кровным аристократом, вероятно сейчас бы он не сидел тут.
— я из Сентерн, а ког…
— Аааа знаю, знаю. Там правит старик Альберт. Я из соседнего графства, Масео. Культурный столицы нашей империи. — похвастал он. — кстати между прочим я надеюсь вы тут добровольно как и я?
— конечно — сказал Слава. — мой папаша бы сюда меня не отправил.
— мое вам уважение… А как вас…? — вставил Тагир
— Слава Волайтис.
— ааа Вячеслав. Понял.
— Кстати про Масео. — вставил Гаврила. — я тоже оттуда. Не совпадение ли? Или совпало так высшей силой ли?
— Да-а… — ответил Тагир. Он немного сщурился. Возможно из за того что попробовал рагу, либо из за Гаврилы. В любом случае самоуверенности у него убавилось, она сменилась отвращением.
Гаврила судя по всему был достаточно суеверным и религиозным.
Тем временем за стол, рядом с Львом, сел ещё один гость. Он был темно серый, как тучи в пасмурный день. Все посмотрели на него.
— Здравствуйте, Александр.
— привет друг— сказал Гавриил— знакомься Артур, Слава, Тагир и я Гавриил, можно просто Гаврила.
— очень приятно.
— во ты где, братец, я тебя потерял! — сказал прибывшей кот такого же оттенка. Шерсть его была взъерошенная, но ему было все равно. Это был Гриша, старший брат Саши.
Гриша был самым старым в группе, ему было 143, на пол века старше Льва. Он был высоким, но все же ниже Славы, достаточно симпатичный молодой парень. Выделялся среди остальных спокойным, уравновешенным нравом и хорошей точностью, хотя был сам по себе рассеянным и своенравным.
Саша выделялся самым высоким баллом по тесту на интеллект. Аккуратный и благоразумный он тем не менее упертый и твердо уверенный в себе.
— знакомьтесь, это мой Братец, Гришка. Он сел за стол.
— Так о чем говорите?
— я как раз рассказывал о своем родстве с аристократией, до как вмешались в наш разговор. Ещё меня перебивать будут или мне дадут договорить?
— Да конечно. — сказал Слава
— кстати— Тагир тыкнул пальцем в Гришу. — ты почему шерсть не расчесал? Ты знаешь ли, не прилично так ходить?
— А по моему неплохо. — сказал Гаврила
Псевдо аристократ сщурил глаза и презрительно посмотрел на него. А тебя кто спрашивал!?
— да просто никогда у меня не укладывалась — сказал Гриша— зачем мучаться? Моя жизнь, мои правила.
" По каким мне нужно!" — отозвался Лев. Пока он огрызался почему то все рассмеялись. Гаврила удерживал ложку на носу.
" А что смешного?" — Подумал рыжий и лишь для вида улыбнувшись. Потом он взял поднос, с которого он съел лишь хлеб и отнес его на помывку.
Повариха посмотрела на него недовольным взглядом. Он неловко улыбнулся. " Чтоб ты сама этим подавилась."
"И что!?!"
Ночью этого дня Лев отчаянно желая улучшить свои результаты задержался на стрельбище до ночи. Уже уставший, он все равно уперто пытался сделать дыру в деревяшке. Глаза кажется замылились. Они были красные. Но Льву было все равно. Пусть сейчас произойдет взрыв или его собьёт машина, но Лев попадёт в свою треклятую мишень. В эти нарисованный глазки он пустит пулю, прямо в лоб. И ему ничего не помешает…
Выстрел. Промах.
Лев заорал. Он потянул себя за уши и готов был себе уже выцарапать глаза в гневе. Начал пинал стойку с оружием, не замечая боли, пока наконец то не остыл. Наконец поняв, что не может попасть, во всяком случае сейчас и сел на пол. Почему кому то легко а ему нет? За что жизнь с ним тааак! Кто виноват, кого избить!? Он все делает правильно… Дело не в нём!
— эй. — кто то окликнул его.
