Слава и репутация. Про нее забыл. Тоже популярная тема. А знаете, что будет после вашей смерти. Мы же все там будем. Кто то раньше — он просмотрел на Тагира. — а кто то… Кто-то позже. Когда вас похоронят не пройдет и пол дня, когда слезы у плакальщиков закончится. У них появится проблема насущнее. Голод, а потом туалет, сон. Когда они проснуться появятся ещё дела, работа. Они будут помнить вас ещё, но долго ли? Труд чистит мысли. По этому у нас такое тупое население. Все ваше окружение будет вынуждено пойти работать дальше. Они начнут думать о другом, отходить от вас. Либо сами зачахнут. Через неделю, если не раньше, они примут вашу смерть. Через месяц будут смеяться как ни в чем не бывало, даже ваша семья. Через года они начнут забывать ваши черты лица. А потом забвение. Будь вы хоть королём, рано или поздно вас забудут. Да и к чему это всё? Из вас тут хоть кто то великий, кого могут запомнить? — он оглядел их всех. — Нет. Вы все станете прахом времени. Зачем держать образ и ограничивать себя, всем все равно на меня, но я буду идти к своей цели.
Жизнь бессмысленна, если ты деградируешь. Если ты как Тагир и бъешься лишь о выдуманные кем то давным давно моральные принципы, то бейся рыбой об лёд. Лишь одна цель верна… Дойти до совершенства… Совершенствоваться. Тогда вы будете чего то стоить.
На секунду повисла тишина. У Гаврилы заболела голова от количества слов. Саша отпихивал все возможные аргументы "за" насчёт этих мыслей. Их было не так много, но за мыслями надо следить. Не хватало подцепить идеологию психа. Они бывают вопреки всему убедительны. Тагир понял лишь, что Артур оскорбил его и хотя он был в бешенстве на него, он почему то зауважал того сильнее. Гриша посмотрел на Юлю. Она тоже была в шоке. Он слегка ударил ее ботинком о ботинок, а когда она повернулась чуть махнул головой в сторону солдата, что стоял за ее спиной. Кёнига кажется тоже чуть заклинило. Он стоял пытаясь понять, что перед ним было. Отчаянное изречение обреченного или бред сумасшедшего.
— Убейте. — сказал он встав с корточек. Он больше не мог этого терпеть. — Убейте его первым. Он псих. Ненавижу их.
— Псих — относительное понятие. — ответил Лев.
— УБЕЙТЕ ЕГО!
Трое солдат сразу направили к нему стволы винтовок.
"Ну давай, рискни"
Жаль, что все сложится не как надо
Юля ударила локтем в промежность солдата, стоявшего над ней, который направил винтовку на Льва. Затем автоматическим движением она встала, схватила пистолет из своей кобуры, и зайдя за спину приставила его к виску солдата, ухватив того за шею. Многолетние тренировки не забываются. Пёс попытался вырваться, но он не ожидая такой силы у какой-то кошки лишь брыкался как зверёк в руках хозяйки.
— Назад! — закричала она и сделал пару шагов назад. Она направила пистолет сначала на агента, потом на солдат. — Или я ему вышибу мозги.
— Стреляйте в эту дуру, плевать на него. — Скомандовал Кёниг.
Не думая все псы направили винтовки к Юле. Пёс в ее лапах закричал и начал рыпаться ещё сильнее. В первый же залп в него попали шестнадцать раз, семь из которых пробили броню и были смертельными. Юля прикрываясь телом выстрелила в ответ несколько раз, попав в шею одному из солдат, что держал Тагира. Тот сразу вырвался, схватился за шпагу и воткнул во второго пса дважды. Истекающий солдат пополз прочь, а потом Тагир выстрелил тому в голову. Кёниг поняв все направил свой табельный пистолет, отдаленно напоминавший Маузер на Льва.
— Даролок вас всех забери, застрелите их всех, идиоты. — проорал он, когда Лев просто прыгнул на него и попытался выколоть ему глаз. Кёниг врезал ему стальной лапой и Льва пробила боль.
Псы замешкались в такой суматохе. Капитан пытался разом смотреть и на Юлю и на Кёнига. Софи отступила, пока о ней не вспомнили. Саша воспользовался положением и заполз за танкетку. Часть солдат решила все таки помочь Кёнигу. Лев вцепился в него как проклятый, пытаясь выдавить ему глаза. Мысль о том, чтобы пристрелить такого урода ему казалось слишком простой и скучной, хотя позже он пожалел, что не сделал так. Трое псов все таки подошли к Кёнигу, когда его рукав порвался и из протеза вылез небольшой кружок разложившийся в щит, который отбросил с него Льва. Его концы были остры как бритва, а по центру был выведен рогатый волк с изрыгающим изо рта пламенем.
— Артур! — крикнул Тагир бросаясь со спины на Кёнига. Резким ударом шпаги он целился прямо в позвоночник Кёнигу, но тот обернулся быстрее урагана и шпага Тагира уткнулась в щит и прежде чем сам лже аристократ нанес ему ещё один удар, Кениг врезал ему стальным протезом.
Лев накинулся ему на спину и уже собирался свернуть тому шею, но троица псов выстрелила, попав Льву в лапу. Кениг ухватил Льва за глотку и сбросил его к Тагиру. Впрочем тот уже вставал на ноги, живучести ему было не занимать. Лев тоже встал. Алые капли падали на песок.
"Бессмертный Бог песка прими эту жертву"
