— Конечно капитан. — и он исчез.
Гилберт закусил палец, лишь бы все прошло гладко.
Двадцать минут Лев валялся в самой низине бархана. Повезло же ему, что не надо тащиться к этому проклятому замку. Можно просто отсидеться. Даже солнца казались не такими противными. Стоит сказать, даже отдельное спасибо Тагиру, впервые его желание показать себя, понравилось кому то." Я "аристократ" я понесу больше всех. Паша поможешь мне!". Дурак.
Чуть выше, на уровне машин сидели солдаты Терри. Там же где то потерялась и Полина. Неплохая девчонка все таки если смогла заставить Тагира стать чуть ли не фиолетовым от злости. А Матвей ещё выше играл в картишки. Что ещё делать? На базу они обо всем сообщили и на пол пути сюда ехала целая армию. Осталось лишь взорвать Хирцу стену. А вообще, почему бы ему просто не поджечь стену? Может затратно слишком? Неважно.
В голове от жары немного заболело. Они даже не позавтракали толком! Ну что за обращение, как со скотом.
"Ой, да отстань."
"Мне почти сто лет! Как то же жил без тебя?"
" Ой да хорош. "
Солнышко приятное грело. И сейчас Лев оказался будто в звенящем колоколе боли. Он захотел крикнуть, но не смог и кубарем скатился вниз.
"ПРЕКРАТИ МРАКОБЕСИЕ ДАРОЛОКСКОЕ!"
Он колотил руками и ногами песок, надеясь что так ему полегчает. Крикнуть он кажется не мог. Только скулить.
" УМОЛЯЮ!! ПРОШУ!"
Но
— Джон? Ты тут? — спросил Питерс.
— Да Майк. — ответил он.
— Не называй меня так на операции! В общем, ты же видишь, то что скрыл? Все на месте? — спросил он.
— Ты спрашивал две минуты назад. Да все.
— Просто господин капитан Хирц выглядел как то взволнованно… Может мы правда что то не учли?
— Гилберт выглядел взволнованно, потому что на кону его голова и повышение. — ответил Джон.
— Повышение его по моему не волнует…
— А по моему только это и надо. Пошли дальше Майк. Мы уже почти на месте, осталось скинуть взрывчатку и дальше дело Хирца.
Питерс промолчал, потому что не захотел говорить дальше.
Вальтер Дресслер был новобранцем собачьей армии. Честно, он никогда не хотел карьеры военного или какой-то профессии, требующей грубой силы. Ему хотелось печь хлеб и булки как и отец и дед. Их семейное дело вполне устраивало его и хорошо ему давалось. Но когда наступила война, он не долго думая вступил в новобранцы и попрощавшись со всей семьёй поехал в числе первых. Ведь надо защищать родину. Там уже волей судьбы и командиров он проехал пол света за месяц и сейчас стоял на огромной стене крепости Али-Калинада. Сказочный город будто сошел со страниц дедовой книги. А этот ветер с речки в пустыне! Что может случится?
К сожалению остальные не понимали, чему он радуется, но ему было все равно. Сейчас все попрятались в тени, около радиоприемников. Но они все время молчали, ведь ничего не происходило. Кто то из солдат пытался поймать новостную радио линию, но ловила она очень редко и звук был ужасен.
Вальтер сделал глубокий глоток из фляги. А потом напрягся, не поверив своим глазам.
— Это что ещё? — спросил он себя же.
Блеск на горизонте, что то из ниоткуда заблестели на бархане. Гилберт Хирц выглядывал взрывчатку в бинокль и увидел по скрывающимся следам, что вот вот можно взрывать.
Дресслер побежал к приёмнику, сквозь огромную стену. Дежурный спал в тени, но это не помешало схватить Дресслеру приёмник и объявить во все услышанье, что он увидел.
Гилберт посмотрел в бинокль. Пора. Джон убрал маскировку с взрывчатки, а сами они уже ушли достаточно далёко. Он посмотрел на тоненький фитиль, специально заготовленный для упрощения и вдруг услышал свистящий звук. Огромный снаряд летел на них со стороны псов. Гилберт успел лишь крикнуть "Снаряд!" и уйти чуть в сторону, когда их всех накрыло пламя.
Стена Али-Калинады тоже взорвалась и кирпичи полетели в разные стороны. Дракон увидел их на пороге и изверг пламя, но помешать все равно не смог.
В ушах у Льва звенело и он почувствовал как его накрыла волна теплоты. Боль потихоньку спала и он открыл глаза. А потом пожалел.
Две машины горели. Он вспомнил Петра и его пробитый череп. Это снова " машины в ад" только теперь их две. Лев взял в себя руки и пошел по песку, что в некоторых местах должен был стать уже стеклом. Что случилось?
