В этот миг я понял, что натворил и какие последствия меня ждут. Но не это главное: Ордигора нет. На его месте пустота. Мысли в голове были одна страшнее другой.
Спустя пару секунд рядом в метре от меня на земле сначала появился бугорок, а потом из нее вылез он, стряхивая с себя пыль. Он медленно поднялся, подошел ко мне и посмотрел в сторону разрушений.
— Что ты там говорил на счет перемен? Надо идти за тобой, да? Так вот — если что я согласен. Только с одним условием, — произнес он это все, так и не оторвав своего взгляда от обугленных стен.
— Каким?
— В следующий раз, когда я стану тебя как–то злить, то ты просто скажи мне остановиться. А если не успеешь, то дай хотя бы возможность оказаться как можно дальше от тебя.
— Хорошо, — кивнул я ему медленно.
— И когда только ты успел выучить Пук Смерти?
Последний вопрос так и повис в воздухе без ответа.
Алое солнце только на половину показалось из–за горизонта, и кожей можно было ощутить ее теплые прикосновения в прохладном утреннем воздухе. Небо было чистым, будто бы кто–то специально расчистил его, чтобы удобнее было наблюдать за тем, что здесь происходит. Я сделал глубокий вдох, втягивая в себя аромат свежей травы, покрытой росой; запах коней, что так верно служат нам — людям, и насладился моментом предвкушения.
— Тихо, тихо, малыш, — похлопал я по загривку своего коня, который в нетерпении стучал копытом. — Знаю, тебе тоже не терпится, как и мне. Осталось совсем немного.
Мы стояли перед рекой, за которой виднелись такие же ровные ряды наших врагов, ожидавших нас. В один момент от их войска отделились три фигуры и направились в нашу сторону. Я и еще два лица из моей свиты, Торнд и Истрит, поскакали им навстречу.
Говорят, что раньше такие преграды, как реки представляли собой большую трудность. Но сейчас, когда в мире есть магия — это всего лишь небольшое затруднение, которое решается одним маленьким усердием. Хотя для кого как — для меня лично маленьким. Я махнул рукой, и поверхность реки покрылась толстым льдом, а другой маг с той стороны оторвал кусок земли и рассыпал сверху, чтобы кони не поскользнулись.
Мы встретились посередине.
По центру, видимо, их главный: рыжеватая, густая борода, нос картошкой, глаза смотрят с ненавистью, а руки грубые, как у война, который прошел десятки, а, быть может, и сотни боев. Двое его спутников абсолютные антиподы: если один худощав, другой огромен; если первый выбрит и аккуратно подстрижен, другой весь покрыт волосами; если один серьёзен и сосредоточен, другой ехиден и расслаблен. Из одежды грубые доспехи, с множествами царапин и вмятин. Шлемы они с собой не взяли, но, наверняка, тоже не лучшей новизны. А вот мечи, хоть и находились сейчас в ножнах, одной своей рукоятью доказывали, что достойны. Эти люди знали толк в войне.
— Приветствую, благородных особ…
— Оставьте это, — меня грубо перебили. — Вы нам не приятны, и как вас величать нам не интересно. Перейдем поскорее к делу. Чего вы хотите?
— Победы, естественно, — принял я не принужденный вид. — Сдайтесь!
— Что еще желаете? Может, хотите, чтобы я лично вам прислуживал и намыливал вам зад, а потом подмывал его?
— Для начала сложите оружие, и, быть может, потом позволю вам помыть мне, как вы выразились, зад.
Мне он не нравился. Более того — он был мне глубоко неприятен. Даже если стоящий перед тобой твой враг, это не отменяет, что нужно относиться уважительно. Дело не в том человеке, а в тебе. Ни в коем случае нельзя опускаться до уровня черни. Тем более, когда дело касается официальных переговоров.
— Посмотрите на него — весь сверкает, ровная осанка. Весь такой пыщит благородством, — и он сплюнул на землю. — Как по мне, ты первым наложишь в штаны, когда я приду за тобой.
Я вздохнул. Тяжело с подобными «дипломатами» вести какие–либо диалоги. Все они заведомо проигрышные, ибо спорить с ними можно только опустившись на их уровень, чего я ни в коем случае не желал.
— Что ж, тогда до встречи, — я пришпорил коня и развернулся, удаляясь от них.
— Какой же индюк, — услышал напоследок.
Дойдя до расположения войск, приказал Торнду:
— Труби атаку!
Послышался вой горнов и гул барабанов. Легион тронулся с места, переходя на марш. По плану четвертый легион должен был сковать неприятеля в центре, а Ожеро со своим вторым легионом, воспользовавшись тем, что враг о нем не ведал, должен был зайти ему во фланг и, благодаря большому количеству кавалерии, пройтись смертельным клином. С другой же стороны, то есть с левого фланга, вскоре должен был подоспеть третий легион. Задача Трануила была — ударить их в не прикрытый тыл, тем самым полностью зажав их в тиски. Сам я со своим отрядом и еще с несколькими манипулами оставался в резерве, для непредвиденной реакции.
На подходе к реке начались первые обстрелы. Классическое начало всех сражений в наше время: огненные шары летели на нас, исписав собой чёрные, дымные дуги в небе, с грохотом врезаясь в выставленные щиты. Также, среди огненных шаров было несколько камней, пущенных онаграми, которые, впрочем, вызвали только смешки.
