Сборник фантастических и не только рассказов, написанных за последние пятьдесят с небольшим лет
До двадцати двух он окончил институт и сразу поступил в аспирантуру. В двадцать восемь защитил диссертацию. Работал, с головой уйдя в проблемы науки и не замечая ничего вокруг.
После тридцатилетнего существования в этом мире неожиданно словно очнулся и узнал о неведомой до того для себя астрологии.
Увлёкся оккультными явлениями, начиная исподволь. Открыл для себя, что он Водолей, родился в год Быка и вторую свою половину, с которой до сих пор разлучён, ему следует искать среди Близнецов. Потом оказалось, что его душа, созданная невесть кем или чем, то ли Богом, то ли другой какой Первопричиной, меняла смертные тела неоднократно, пока не воплотилась в нём, а вот в прошлой жизни она, якобы, спокойно обитала в женщине.
Последняя новость его вначале позабавила – как же так? Но, разъяснилось ему, душа – субстанция бесполая, а потому выбор её неоднозначен. Такой поворот в осознании своего нынешнего пребывания в образе мужчины превратился у него в источник новых размышлений и побуждений.
«Любопытно, – думал он порой, – есть ли сходство, если не внешнее, то хотя бы характеров, у меня и у моей предтечи?» Он применил к ней, к той, затерянной в веках женщине, именно такое слово – предтеча. Было в этом понятии какое-то таинственное значение, в котором могло быть всё, но для него оно вылилось в очередной вопрос: что было бы, случись им встретиться лицом к лицу? Что бы это получилось? Они – душа в душу, коль она одна? Жили бы одной душой, уж если одна душа на двоих?..
И опять его позабавил такой поворот в собственной игре воображения.
Возможный образ предтечи он черпал, то, глядя на профессора Елену Николаевну – без талии, с одышкой, явно страдающей мужененавистничеством, то, встречая красивую девушку, независимо прошагавшую мимо него в метро, то, видя, как молодая или не очень женщина, схватив детей за руки, пробивается сквозь толпу на Невском.
Так бы и остались его мысли втуне. Однако дальше произошло следующее.
Поскольку в своих фантазиях он был не одинок и на возможность их воплощения появился спрос, то вполне естественно, что в городе с почти пятью миллионами жителей для таких жаждущих, как он, возникла небольшая коммерческая фирма, свившая своё гнездо в университете телекоммуникаций, что на Мойке.
Узнав о ней из скромной рекламы в бесплатной газетке, он долго не решался обратиться по адресу. Сомневался. Но известный вуз связистов обнадёживал, и он созрел обратиться к Юрию Арзуманяну, главе этой фирмы. Он позвонил ему как раз в день своего тридцати двухлетия.
Арзуманян, лёгкий, энергично подвижный, с черными подмороженными сединой волосами – на голове поменьше, в бороде побольше – встретил его стоя за небольшим столом. Руки его нервно мыли одна другую.
В клиента поистине впился внимательный взгляд чёрных глаз. От них у вошедшего отпала всякая охота оставаться в офисе – тесной комнатке – главы фирмы.
Впрочем, всё это длилось несколько первых мгновений.
– Будем знакомы, – сказал слегка натуженным голосом хозяин офиса и представился:
– Юрий Арзуманян.
– Николай Кутов… Николай Николаевич…
– Ну, хорошо! Прекрасно! Что бы вы хотели узнать?
Направляясь сюда, Николай думал о том, что скажет. Прямой вопрос несколько сбил его с настроя. И пока он довольно путано пересказывал свои думы за последние два года, Арзуманян слушал и осматривал его с той настойчивой тщательностью, словно пытался сразу найти в собеседнике что-то особенное и подспудное, невысказанное словами.
– Вы женаты? – неожиданно перебил он Николая.
– Н-нет… А что? Это может повлиять…
– Нет-нет… Я мог бы догадаться, – последние слова глава фирмы словно сказал для себя.
Николай вспыхнул. Торопясь сюда, хотя в том не было необходимости, а торопился, чтобы не передумать, он побрился впопыхах. Галстук… Конечно, сбился как всегда в сторону… Рубашка вчерашняя…
– Ладно, – невозмутимо продолжил Арзуманян. – Это я так, к слову. Давайте посмотрим, кого, и что Вы представляете. Итак, год, день рождения и, если знаете, час?
Он задал Кутову ещё несколько вопросов, ничего нового или особенного в них для Николая не было. При опросе левая рука Арзуманяна невесомо порхала над клавиатурой компьютера. Одна бровь его время от времени вздрагивала и поднималась, как будто он чему-то удивлялся всё больше и больше.
– Да, правильно, – наконец сказал он. – В прошлой жизни Вы были женщиной. Тринадцатый век. Его начало. Средняя Азия. Окрестности Самарканда… И вы хотите её увидеть?
– Если можно… И пообщаться. – Николай покраснел. – Интересно, понимаете… Как бы это точнее сказать… Мой… извините, её род занятий тогда… Мысли, знаете ли… – Он оправдывался, боясь, что его здесь могли не так понять.
– Это мы можем, – не замечая его волнения, равнодушно проговорил Арзуманян. – Для того и создали фирму. Что ещё?
– А смогу я там её узнать?
