— Послушай, милая дамочка в интересном положении. — Прокурор перешел на снисходительный тон. — Тебе вчерашнего дерьма по телеящику мало?
— Поэтому и вышла на работу, чтобы отмыться.
— Петелина, женские игры закончились! Урезонь болтливую свидетельницу, припугни, как следует, а там на Урале дай мужикам поработать.
— Что ты задумал? — забеспокоилась следователь.
— Я своих планов не меняю, — понизил голос прокурор. — О фуре я сообщил пострадавшему конвоиру. Поверь мне, Самсонову не долго осталось бегать.
Старший лейтенант Кочанов взглянул на часы — около восьми вечера, а темная неосвещенная трасса в тоннеле густого леса уже соответствовала глухой ночи.
— Не спать! — прикрикнул он на водителя, хотя громким возгласом хотел взбодрить сам себя.
— Старшой, мы меняемся, — объяснил Ширко, кивнув на напарника.
Кочанов глотнул воды из бутылки и принял амфетамины. Таблетки бодрости, как генератор, подзаряжали его злой уверенностью.
За изгибом черной дороги с правой стороны лес отступил и на освобожденном пространстве показались огни бензоколонки, вывеска кафе и силуэты припаркованных фур.
— Ночевка дальнобойщиков, — доложил Сиротин.
«Чероки» с тремя охотниками за беглым зэком свернул на парковку, снизил скорость до черепашьей и поехал вдоль фур, стараясь светить на номера.
— Нашелся, гаденыш! — первым разглядел номерной знак Ширко и заблокировал джипом автофургон.
Кочанов сверился с данными в смартфоне, которые получил от московского прокурора — все верно.
«Вот ты и попался, тупой доброхот Александр Александрович Гордиков. Хотел бандиту помочь, а сам улизнуть — не выйдет! Не тем дорогу перешел, козел! Хорошо бы и Самсонов был с тобой», — мстительно подумал Кочанов.
Однако в кабине автофургона никого не было, впрочем, как и в соседних машинах. Водители дружно отдыхали в кафе.
— Покопайся в кабине, — поручил Кочанов более толковому подчиненному Сиротину. — А мы с Ширко заглянем в кафе.
Сиротин вооружился большой отверткой, встал на подножку высокой кабины и вбил плоское острие в замок водительской двери. Зачем мудрить, если он власть при исполнении.
Провернув личинку замка, Сиротин открыл дверь и забрался в кабину. Первым делом проверил спальное место за сиденьями — не дрыхнет там кто? Пусто. Открыл бардачок, пошуровал в бумагах, посветил фонариком. Сверху лежала папка с путевым листом и накладными на груз. Так, откуда-куда? Латайск — Каменогорск. Все сходится, Гордиков мог подсадить Самсонова по дороге, и дальнейший его маршрут известен. Что еще тут можно посмотреть?
Тем временем двое других конвоиров вошли в кафе, наполненное запахом прогорклого масла и низким гулом мужских голосов. Полтора десятка суровых мужчин, сидевших за столиками, на миг умолкли, обратив внимание на вооруженных людей в камуфляже, но быстро вернулись к своим разговорам. Ничего удивительного, служивые люди тоже куда-то мотаются и есть хотят, как все смертные.
Конвоиры прошли к стойке буфета, уселись с края, прощупали взглядами собравшихся.
— Самсонова нет, — разочарованно процедил Кочанов.
Они заказали кофе и бургеры.
— Пожрем пока водилы не разойдутся, — вгрызаясь в толстый бургер, промычал Ширко. — Кто к нашей фуре вернется, тот и Гордиков.
— Не люблю ждать, — выразил недовольство Кочанов.
— Проверим документы и здесь повяжем? — с сомнением спросил сержант. — Рожи-то какие, и не чайком они балуются, а пивком.
Кочанов зыркнул на подчиненного, мол, не твое дело за старшего решать, и тихо приказал:
— Приглядись, кто за трубку схватится.
Он тайком набрал номер телефона водителя Гордикова. Среди гомона голосов не было слышно гудков, но один из посетителей поднял трубку и ответил. Старший лейтенант отрубил связь.
— Вон тот, старый в кожанке, — взглядом указал на седовласого мужчину Ширко.
— Пока сидим тихо. Когда он выйдет из кафе, мы за ним, — решил Кочанов.
Гордиков пил пиво в компании более молодых шумных дальнобойщиков. Судя по количеству бутылок на столе, водители никуда не спешили и собирались здесь заночевать. Вскоре выпитое пиво дало о себе знать, двое болтливых водителей и Гордиков направились в туалет, который располагался в отдельной пристройке.
Выйдя из кафе, Гордиков закурил, его приятели ушли вперед. Этим воспользовался Кочанов. Он подкатил к дальнобойщику, разминая сигарету:
— Огоньком поделитесь?
Водитель чиркнул зажигалкой, но в руках старлея вместо сигареты уже была фотография Самсонова.
— Узнаешь? — спросил он. — Только не ври, что не подвозил преступника. Где он?
Стоявший рядом Ширко для убедительности поднял автомат и направил на дальнобойщика.
— Кто вы? — заозирался Гордиков.
— Мы власть, а ты пособник убийцы.
— Он не убийца.
— Значит, признал беглеца. — Кочанов убрал фотографию. — Где ты его подцепил?
— Подсадил около Чернорецкой.
— Где Самсонов сейчас?
— Точно, он так себя и назвал, Игорь Самсонов. Рассказал свою историю про смерть жены, все, как было на самом деле. Он невиновен.
— Ты не судья и не адвокат. Отвечай по делу! Где Самсонов сейчас? — Левой рукой Кочанов схватил водителя за лацкан куртки, а правую занес для удара.
— Он сошел.
— Где?!
