Не дожидаясь его ответа развернулась в сторону института и хотела сделать шаг, как он снова схватил меня за локоть, останавливая.
Зря, очень зря.
– Не трогай меня! – я словно змея прошипела, на что он дергано разжал свои пальцы на моей руке и быстро поднял обе руки вверх в примирительном жесте. – Ты явно в курсе, что теперь я могу дать сдачи?
– Прости! Я… Послушай… – он мялся и нервничал, что совсем не укладывалось в голове.
С ним я познакомилась в институте в родном городе. Макаров был на год старше меня. Веселый, смешной и немного заносчивый. А еще он оказался наркоманом и психом, который не мог контролировать и держать себя в руках.
В университете я была открытой, веселой, как собственно, и во всей жизни. И тогда главный красавчик универа положил на меня глаз.
Мне было девятнадцать. Я не была обделена мужским вниманием, но и не вешалась сама на всех подряд. Мои сверстники во всю крутили мелкие романы и жили половой жизнью, братья же постоянно зависали с какими-то девчонками, которых меняли как перчатки.
Меня же что-то тормозило.
Как любили говорить близнецы про какую-нибудь девчонку: «Ну, не стоИт!».
Вот и у меня ни на кого «не стояло». Никто не цеплял и не привлекал. Я относилась ко всему проще и не искала «того самого». До Паши.
Макаров вился возле меня очень долго, и тогда я подумала: «а почему бы и нет»? Мы сходили только на два свидания, где было пару поцелуев, после чего я окончательно убедилась, что все-таки это не мое. И честно решила расставить точки над «i» и порвать с ним.
Мой отказ его не порадовал. И парень «обиделся».
– Пожалуйста, выслушай меня, – он нервничал, и это было очень странно и непривычно, и немного вызывало интерес.
Я притормозила, не пытаясь больше уйти. К тому же, теперь я действительно могла дать ему отпор.
С того жуткого дня я не видела его ни разу, потому что забрала документы из института по-тихому и перевелась в другой. Он очень изменился. Похудел, хотя раньше был очень спортивен. Глаза его впали, мешки под глазами сильно выделялись.
– У тебя есть две минуты, а потом ты отсюда уберешься. Иначе близнецы завершат начатое, – решила ему напомнить о том, как он отхватил от Макса и Кира.
– Мне хватит, – быстро согласился. – Я просто хотел извиниться. – ого! Макаров, и извиниться? Это что-то новенькое. Мой гнев переходил в любопытство. – Правда, прости меня, я был полным кретином и натворил тогда дерьма.
Я видела, как ему тяжело, он действительно нервничал и, кажется, говорил это искренне.
– После того случая моя жизнь пошла под откос. Я подсел на героин и оказался в полной заднице. Батя отправил меня в реабилитационный центр. Вот недавно вышел и знаешь… – он замялся. Теперь понятно, почему парень такой потрепанный, – …мозги мне там нормально так вправили. Я решил меняться. Подумал, что стоит начать с тебя. Я очень сильно жалею о том, что сделал. Знаю, такое не прощают, но я просто хотел бы, что бы ты знала, что я сожалею.
– Ты прав, такие вещи не прощают, – как ни странно, но мне стало жалко его, а жалость, как по мне, самое поганое чувство. – Но я не вижу смысла на тебя злиться. Я смотрю, жизнь итак уже тебя наказала, – добавила.
– Не совсем, – он скромно улыбнулся. Это был совсем не тот парень, которого я знала почти два года назад. – Скорее наоборот. Видимо, мне надо было пройти через все это говно, что бы судьба мне преподнесла подарок. Жаль, что коснулось это и тебя.
– С чего такие перемены?
– Влюбился… – небрежно пожал плечами и широко улыбнулся.
Ничего себе! Этот эгоистичный подонок знает такие слова? Глядя на него, я была уверена на сто процентов, что он не врет и реально был влюблен.
– Неожиданно, – я на какую-то секунду даже забыла, как сильно его ненавижу.
– Сам в шоке. Ты же помнишь меня, каким я был. Тогда я и подумать не мог, что это чувство может полностью менять людей, – он снова улыбнулся и смешно почесал затылок. – Она очень сильно меня выручила, – кажется, он стал говорить о той самой, кто из зазнавшегося парня сможет сделать человека. – Благодаря ей я понял, как сильно виноват перед тобой.
Я никогда не думала, что вернусь к тем событиям и когда-то пересекусь с ним. Но сейчас, слушая его, меня посетила мысль о том, что я чувствовала облегчение. Я никогда не смогу простить его, но с меня словно сняли несколько тонн груза, который давил на меня и не давал спокойно дышать.
Кажется, я закрыла одну из черных страниц своей жизни.
А еще была рада за него. Близнецы меня не поймут. Совсем я не злопамятная!
– Я уверен, что ты никогда не попросишь… – он осторожно взял мою ладонь в руку и слегка ее сжал, – но я просто хочу, что бы ты знала – если тебе что-то понадобиться, ты всегда можешь обраться ко мне.
– Не понадобится! – услышала я в ответ злой рык и повернулась.
Вот же блин. Вознесенский! Только его сейчас не хватало.
Я так была увлечена беседой, что даже не заметила, что пара закончилась, и студенты вывалились на улицу.
– Руки убрал от нее, – в тоне Стаса было столько злобы и гнева, что я поморщилась.
