– Да, только ты представь, насколько поднятый флаг просматривается во все стороны. Астор Шмидт может быть, где угодно. Так могу сообщить, что бриллиант Флорентиец у нас? – тон Паолы сменился на деловой.
– Конечно сообщи, – пожал плечами Анатолий.
Паола достала телефонную трубку, набрала на ней номер.
– Флорентиец у нас. Вывешивайте флаг. Мы едем в Интерпол.
Паола выставила на крышу «мигалку» и включила сирену.
– О, мой Ferrari оснастили телефоном, мигалкой и сиреной? – Анатолий усмехнулся и прибавил скорость.
– Я решила, ты не станешь возражать, если временно воспользуюсь твоей машиной. Ты же знаешь, что случилось с моим Lamborghini, – Паола чуть заискивающе улыбнулась.
– Конечно не возражаю. Так что дальше? – улыбнулся Лазарев.
– Ждём, когда Астор Шмидт даст новые инструкции. Он связывается с нами по телефону.
Хмурое небо собиралось залить древний город промозглой влагой, но всё не решало с чего начать: с мелкого моросящего дождя или сразу спустить на Рим всю накопленную в тёмных тучах воду. В какой-то момент проглянуло светлым пятнышком солнце, но его тут же закрыла серая рыхлая пелена.
Анатолий с удовольствием вёл машину по древним улицам старинного города и посматривал на тёмные тучи, закрывшие весь небосвод. Телефон зазвонил. Паола порывисто схватила трубку, молча выслушала сообщение и дала отбой.
– Астор Шмидт позвонил тут же, как только вывесили флаг. Он назначил встречу для обмена в туннеле под виллой Абамелек через два часа.
– Вилла Абамелек? Там же русское посольство, – Анатолий глянул на Паолу и снова сосредоточился на дороге.
– Всё верно. Я даже не знала, что под холмом Джаниколо, на котором расположена вилла и поместье есть туннель.
– Да, княгиня Мария Лазарева дала такое разрешение. В результате в туннеле под холмом в начале 30-х годов была проложена железнодорожная ветка чтобы Ватикан получил прямой доступ к сети дорог Италии. А у меня даже сохранились карты с проходами из этого туннеля. Получил их в числе огромного количества прочих документов в наследство от княгини Марии.
– И где сейчас эти карты? – Паола заинтересовано всмотрелась в лицо Анатолия.
– Мы же едем в Интерпол?
– Да, пока других распоряжений не поступило.
– Думаю, карты пригодятся. Их копии в моем кабинете в сейфе, – доверительно сообщил Лазарев.
– А ты не хочешь дать распоряжение, чтобы бриллиант Флорентиец доставили к туннелю? – тихим голосом спросила Паола.
– Обязательно, как только доберусь до моего кабинета, – кивнул, усмехнувшись, Анатолий.
Время пронеслось быстро и незаметно. Анатолий с Паолой направились к месту назначенному Астором Шмидтом для передачи заложника, а именно, туннель под русским посольством на вилле Абамелек. Место встречи с итальянскими полицейскими определилось довольно легко. Фургон с надписью «пицца» и ещё пара автомобилей без опознавательных знаков стояли недалеко от въезда в туннель под холмом Джаниколо.
– Здравствуйте, я полковник Бруно, – коренастый, мускулистый, коротко стриженный мужчина в штатском шагнул навстречу Лазареву. – Я руковожу операцией. Бриллиант привезли?
– Его передадут Астору Шмидту в момент освобождения заложника, – Анатолий неопределённо качнул головой.
– Не могу ставить операцию под угрозу только потому, что вы затеяли свою собственную игру, – карие глаза полковника Бруно буравили Лазарева.
– Не я это затеял, – на лице Лазарева не дрогнул ни один мускул.
– Тогда объяснитесь, – взгляд полковника Бруно стал ещё пронзительнее.
– Не могу, потому что у Астора Шмидта в полиции есть свой осведомитель, – упрямо качнул головой Анатолий.
– Вы слишком много на себя берете! – полковник Бруно смотрел на Лазарева не мигая.
– Сколько беру, все моё. Прямо сейчас могу отсюда уехать и забыть об этой работе, – холодно ответил Анатолий.
– Никуда вы не уедете, – полковник Бруно позволил себе усмехнуться. – Я многое слышал о вас. Что вам не присуще – это подлость.
– Значит договорились. Можете озвучить новые требования Астора Шмидта? – тон Лазарева изменился на деловой.
– Он потребовал, чтобы в момент обмена никого в туннеле не было. Место обмена в самом туннеле не назвал. Ещё он хочет, чтобы именно Паола Конте передала ему бриллиант Флорентиец. Она должна без оружия войти в туннель с этой стороны и, держа бриллиант на вытянутой руке, медленно двигаться внутрь. У нас осталось 42 минуты до старта. Так, где бриллиант? – полковник Бруно не мигая уставился на Лазарева.
– И конечно ваши люди уже спрятались в самом туннеле? – проигнорировал последний вопрос и усмехнулся Анатолий.
– Это секретная информация, – полковник Бруно надменно глянул на Лазарева.
– Сделаем так. Сейчас войду в туннель и если замечу, хоть что-то подозрительное, то вы тут же выведите всех ваших людей, – тон Лазарева спустился до снисходительного.
– Я не имею право подвергать опасности заложника и синьору Паолу Конте, – карие глаза полковника Бруно метали молнии.
– Что ж, я пошёл, – невозмутимость Лазарева окончательно взбесила полковника Бруно.
– Ладно, стойте, ваша взяла, – рыкнул он.
