— Да... ладно... — Капитан ещё не совсем понял, в какой реальности он находится. Он посмотрел на Люду — может, она бы смогла ему помочь, но Люда вытирала слезу и сама была в замешательстве.
Менеджер повернулся к японке и строго произнёс:
— Василина Рихардовна, я уже давно должен видеть вас никак не здесь...
Японка вышла из образа и рявкнула на менеджера:
— Я даю показания, я свидетель...
За женщину вступился капитан:
— Она нам ещё нужна...
Менеджер посмотрел на капитана, но говорить продолжил со своей подчинённой:
— Василина Рихардовна, вы когда закончите, подойдите ко мне... Пятнадцать минут, да?
— Ну, как пойдёт, тут знаете... тоже вам! — ответил за японку капитан.
Менеджер ещё раз зыркнул на капитана, но опять отвернулся к японке:
— Так, хорошо... да, пожалуйста...
— Вот именно, — громко произнёс капитан, но менеджер уже шёл в свой кабинет и совсем не слушал его.
— Так, Люда, включила?
— Уже... — Люда успокоилась и направила камеру на капитана. Кстати, всю песню японки она сняла втихаря — Канны... Канны не давали Люде покоя.
— Так, значит, Верхушкин, ещё раз, вы пришли в ресторан... с какой целью?
— Десять лет... юбилей выпуска...
— Так конкретно, какого выпуска? Из Звёздного городка или откуда, конкретно?!
— Десять лет окончания школы, мы собрались здесь юби...
— Так, кто «мы»?
— Наш класс, бывший класс...
— Так, потерпевший тоже из вашего класса?
— Да... мы сидели с Конём за одной партой...
— С конём?
— Ну, это кличка его... Кинёв... Конь... мы дружили...
— Так, ладно, вы дружили...
Капитан подмигнул японке с судьбой, женщина наклонилась к капитану.
— Принеси мне... это... меню... давай и сюда обратно... — прошептал капитан.
Женщина посеменила в своих деревянных гейшевских сабо на кухню так быстро, насколько могла. Капитан продолжил:
— Так, сидели вместе... это в школе, а здесь вы где сели?
— Тоже вместе...
— Так, Валя, садись с ним вместе... Будешь сегодня за коня, — пошутил капитан.
Все засмеялись... конечно, кроме Вали. Ну и кроме Верхушкина. Валя сел с ним за один столик. Сева же, пристёгнутый к Верхушкину, остался стоять, чуть наклонившись к Верхушкину одним боком, потому что в этом ресторане столики были маленькими, а сидеть надо было на полу. Походило на то, что это не Верхушкин сейчас подсудимый, а Сева, который не может ни присесть, ни встать, как ему хочется.
— Так, сидели, о чём говорили... и сразу к тому, за что, во что, из чего и откуда вы стреляли в Коня... тьфу, то есть в потерпевшего...
Капитан запутался, потому что как раз в этот момент пожилая японка наконец принесла меню. Капитан занялся изучением японской кулинарии, Верхушкин начал свой сказ:
— Ну, чё, ну, он мне, когда выпили уже, при всех так начал поддевать, у меня автомойка своя, «Монтана», он стал говорить, чтобы я быстрее доедал, а то он щас поедет свою машину мыть, и чтобы именно я мыл, а у самого, чё, ну, он отсидел после школы, и чё, у него из-за этого всё и покатило, там просто связи и всё, с кем надо сошёлся, а где тут мне-то было?! Зато у меня всё чисто! Я и налоги плачу, и кому надо плачу, и ничего не нарушаю, а у этого, у потерпевшего вашего, вы проверьте, у него фирма! Да! Я же знаю, как они работают! На севера вахтовиков отправляют, по пятисотке берут за оформление на работу! Ага?! Видел я как-то, стоит дурачков человек сто, с рюкзаками, термосами, — ждут, когда придёт начальник группы и повезёт их на работу, на север, за большими деньгами! Жёны, дети — прощаются с папками! Только через три часа допирают, что их наебали!..
Капитан оторвался от меню и, не понижая голос, спросил у японки, которая стала засыпать на его плече:
— А чем роллы отличаются от суси?
Японка проснулась и пролепетала:
— Да та же херь, — там только присыпочка из икры на роллах...
Возникла пауза. Японка опять заснула, а капитан продолжил чтение меню. Валя посмотрел на капитана и понял, что ему сейчас совсем нет дела до того, о чём говорит Верхушкин. Валя решил взять ситуацию под контроль, потому что ему на самом деле было интересно, как всё произошло:
— Так, давай, показывай, как всё было...
Верхушкин оживился, он почувствовал в Вале настоящего слушателя и теперь уже совсем отвернулся от капитана и продолжил рассказывать:
— Ну, чё, — он опять начал меня подначивать, с машиной там, у нас даже Ольга не выпендривается, — а она, у неё салон, она подстрижки депутатам делает, перед выборами, имидж там, как-то это называется, то есть не только там причёски, но и там, даже до цвета галстука доходит, что советует, а Конь даже к ней стал цепляться, говорит, — а, говорит, — трусы ты им какие советуешь...
В этот момент капитан дочитал меню и задал Верхушкину конкретный вопрос:
— Так, то есть каким образом всё произошло?
— Ну, я ему говорю, перестань ржать, а он ржёт, я ему говорю, перестань ржать, а он...
— Ну, дальше, давай дальше! — заторопил Верхушкина капитан.
— Я ему говорю, пойдём, выйдем...
— Так...
— Он говорит, пошли...
— Так...
— Мы встали...
— Так, вставайте...
Верхушкин встал. Сева наконец выпрямился и вздохнул с облегчением.
— Так, потерпевший тоже встал?
— Да...
— Валя, вставай!
