– Да, так и было задумано, – печально улыбнувшись, откровенно признался Клюев-старший. – Вскрытия следовало избежать. Поэтому, «моё тело» очень быстро разложилось на жаре. Бедные пигмеи не на шутку расстроились. Переправлять в Россию было практически нечего. Мой ассистент, он же корреспондент (а на самом деле шпион), приставленный ко мне в качестве наблюдателя за моими опытами, сам объявил в прямом эфире: «Профессор, погибший в результате биологических исследований, развалился буквально на глазах. Было решено захоронить его останки тут же – в Африке».
– Узнав о твоей гибели, долгое время я не мог себя чувствовать нормальным, работоспособным человеком, – сказал Прохор.
– Поверь мне, сын, у меня не было никакой возможности сообщить тебе о своём «воскрешении». Выйти с тобой на связь, значило бы, – выпустить в эфир информацию о своём местонахождении, а весь эфир постоянно прослушивается. Я знал, что рано или поздно ты сам окажешься здесь.
– Каким образом?
– Тем же, каким оказался я, спасаясь от алчного мира ради дальнейшей научной работы… Однако за нашим разговором ты забыл представить меня своим спутникам.
– Да, конечно, – Прохор повернулся к Мише, Лене и Биму. Друзья мои, перед вами мой отец, величайший изобретатель, конструктор, физик, биолог, конечно, профессор и просто замечательный человек Клюев Петр Данилович. По стечению обстоятельств, он же «банановый магнат» – хозяин этого острова.
Проглотивший язык, Миша пожал протянутую руку профессора, но так и не смог вымолвить ни слова.
– Мой ассистент, друг и ученик, Михаил Иванович Ромашкин, – произнёс за него Клюев-младший.
– Очень приятно! – заверил Пётр Данилович.
– Елена, – сказала Лена, краснея оттого, что профессор поцеловал её протянутую руку.
– Вы очень милы в этом трико и майке! любезно поклонился «банановый магнат».
Елена зарделась ещё больше и, в нервном замешательстве, изобразила некое подобие реверанса. На очереди стоял Бим. Смелый пёс, не мешкая, протянул профессору свою лапу. Но профессор, видимо, целовал лапы только людям женского пола.
Дав гостям время привести себя в порядок и преобразиться в собственном гардеробе, Пётр Данилович лично устроил экскурсию по собственному замку.
– На третьем этаже у меня столовая. Мой шеф-повар уже готовит для вас поздний завтрак. Туда мы и направимся. Но, сначала, я бы хотел показать вам свою лабораторию.
– Знаешь, папа, мне рассказывали, что у тебя роскошный дворец?
– Да, так и было до той поры, пока меня не одолели любопытствующие. На остров стало проникать столько народу, что на работу времени почти не оставалось. Часто приплывали на своих судах высокопоставленные чиновники и просили аудиенции, принимая меня за богатого шейха. Нужно было постоянно потчивать гостей, устраивать балы, доказывая своё высокородное происхождение. Поначалу, это было даже забавно. Но потом я вдруг ясно ощутил, что так может пролететь вся жизнь, а главное дело жизни так и не будет завершено…
– Главное дело?
– Да. Но сейчас давайте не будем углубляться в эту тему. Я расскажу о нём позже. Скажите мне лучше, молодые люди, как вы смогли проникнуть в самый центр острова незамеченными, именно сейчас, когда я решил испытать свой новый прибор?! Вы заметили, на самом пике этой горы, – профессор указал пальцем в потолок. – Сверкающий на солнце отражатель?
– Мы прилетели на невидимом летающем доме, – ответил Прохор. Который хотели продать банановому магнату за несколько миллионов долларов.
– О, вы прослышали о моей «странности», коллекционировать всякие диковинные штучки?! подмигнул Пётр Данилович печально вздохнувшему Михаилу. И что же это за чудо летающий дом?
– К самому обыкновенному срубовому дому, – частной собственности Михаила мною были приделаны обыкновенные антигравитаторы. Потом дом пришлось выкрасить специальным раствором, не отражающим фотонов, но и не поглощающим их.
Профессор закивал головой.
– Понятно, понятно! Вот, значит, почему вы смогли пробраться на остров… Ваш невидимый летательный объект застрял в поле действия моего отражателя.
– Я думал, что мы попали в другое измерение, – с грустью признался изобретатель.
– Ваш отражатель чуть не свёл нас всех с ума! засмеялась Елена.
– Наверное, мощный агрегат! вставил Ромашкин.
