Изобретатель красной машины полностью

Кот. – Мамку жалко. У нее сердце больное, а тут я. Каждый день с новым фингалом.

Сява. – Ладно, Кот, не реви. Что будем делать, пацаны?

Боцман. – Я так думаю, что надо с Котом вместе ходить. Тогда не тронут.

Конопатый. – Все время с ним не походишь. Эх, если б не мамка.

Сява. – Мамка – это вопрос. Давайте головы, пацаны.

Совещаются.

Сява. – Ладно, Кот. Болей за свой Спартак. Мы за ЦСКА будем.

Конопатый. – А вместе за хоккей.

Кот. – Значит мир?

Боцман. – Мир.

Копатый. – Но все равно, Кот. ЦСКА лучший?

Кот. – Честно?

Конопатый. – Честно.

Кот. – Факт.

Журналисты и Тарасов.

Инт. – На льду на стульях сидят Тарасов, переводчик и представитель делегации. Необходимый тусклый человек. Блицы фотовспышек. Тарасов улыбается.

Шапиро. – Chicago Globe. Jack Shapiro. Mister Tarasov, open secret of red machine?

Переводчик склоняется к тусклому человеку, потом к Тарасову.

Тарасов. – Эх, чудаки вы журналисты. Все то вам хочется знать. Обо всем написать. А знаете ли вы, что такое русская душа? Не знаете? Так о чем же мне с вами говорить? Представьте себе русского мужика, идущего с рогатиной на сохатого. Ничего он не боялся русский мужик. Все шел и шел. Вот так и наш Володька – сын батрачки, ничего не боится. А возьмите Витьку. Утес. Скала. Как в ватаге Стеньки Разина. А другой Витька тоже ничего не боится. Ему бы в войско Пугачева, а он к вам приехал в хоккей играть. А все вместе они – это наша рабоче-крестьянская игра.34 Переведи ему, Пахомов.

Шапиро(по-русски).– Не надо. Русский мой родной язык.

Тусклый человек заметно напрягся.

Шапиро. – Мистер Тарасов, клуб Торонто предлагал вам миллионный контракт.

Чел. – Пресс-конференция закончена, господа. Товарищу Тарасову нужно вернуться к хоккеистам.

Шапиро. – Мистер Тарасов не ответил на мой вопрос. Вы боитесь? Это хорошие деньги.

Чел. – Это провокация.

Тарасов. – Да погоди ты. Я отвечу. Вы, верно, эмигрант?

Шапиро. – Конотопская правда. 8 лет ответственным секретарем.

Чел. – Конференция закончена.

Выразительно смотрит на Тарасова. Тот не замечает.

Тарасов. – Правильно сделали, что уехали.

Тусклый человек зеленеет.

Шапиро.– Вы можете сделать тоже самое. С вашим талантом. Вас здесь ждет блестящее будущее.

Тарасов. – Если бы я был ответственным секретарем Конотопской правды. Говорил одно, думал второе, писал третье. Но я Тарасов. А вы правильно сделали, что уехали. У нас климат неподходящий для хамелеонов. А теперь конференция закончена, господа. Мне действительно нужно к хоккеистам. Пламенный привет Никсону от Вьетконга.

МИЛЛИоны.