Вальс. Ну, Сон, говорите мне, кто чем занимается. Вот этот старик кто, например?
Сон. Это шофер Бриг.
Вальс. Ага, шофер. Но я бы сказал, что он несколько дряхл.
Бриг. Зато опыт у меня колоссальный. Маленькая справка: в детстве к моему трехколесному велосипеду мой дядя Герман, большой шутник, приделал нефтяной двигатель, после чего я два месяца пролежал в больнице. В зрелом возрасте я был гонщиком, и если не брал призов, то лишь вследствие крайней моей близорукости. В дальнейшем я служил у частных лиц и был за рулем роскошной машины, когда в ней был убит выстрелом в окно наш последний король, – Бог ему судья.
Сон. Это лучший шофер в городе.
Бриг. Имею рекомендации от многих коронованных и некоронованных особ. Кроме того, я позволил себе принести небольшую модель машины, которая для вас заказана…
Вальс. Нет-нет, это лишнее… Ай, не хочу. Сон, скажите ему, чтоб он не разворачивал. Я вас беру, беру… Отойдите. Следующий.
Сон. Дантист Герб, светило.
Вальс. Необходимая персона! Если б вы знали, какой это адский ужас часами ждать в амбулатории, с огненной болью в челюсти, и потом наконец попасть в лапы к нечистоплотному и торопливому коновалу…
Герб. Я не верю в экстракцию, а моя бормашина абсолютно бесшумна.
Вальс. Беру и вас на Пальмору. А эта дама кто?
Сон. Это, так сказать, надзирательница, мадам Граб.
Вальс. А, понимаю. Скажите, Сон… Господа, не слушайте… мне тут нужно несколько слов…
Граб. Я двадцать лет с лишком стояла во главе знаменитого заведения, о, классического, древнегреческого образца. Питомицы мои играли на флейтах. Я даже сама ходила в хитоне. И сколько было за эти годы перебито амфор…
Вальс. Ладно, ладно. Мы потом… сейчас неудобно. А этот кто?
Сон. Горб, учитель спорта. Вы ведь говорили, что…
Вальс. О да! Я, видите ли, сам не очень… знаете – лишения, узкая грудь… признаки чахотки… перевес умственных занятий… но я всегда завидовал молодцам с мускулами. Какое, должно быть, удовольствие прыжком превысить свой рост или ударом кулака наповал уложить гиганта-негра! Да, я хочу ежедневно заниматься физическими упражнениями! Я велю устроить всевозможные площадки, не забыть напомнить архитектору, – отметьте, Сон.
Сон. Это спортсмен замечательный, но, к сожалению, немой от рождения.
Вальс. А я хочу, чтобы он прыгнул.
Сон. Он мне знаками показывает, что тут паркет слишком скользкий.
Вальс. А я хочу.
Сон. Оставьте его, Вальс, в покое, все в свое время. Обратите теперь внимание на известнейшего…
Вальс. Нет, я хочу непременно.
Сон….На известнейшего садовода. Он вам создаст…
Вальс. Не понимаю, почему не делают того, что я хочу. Какой садовод, где? Не нужно мне садоводов.
Брег. Моя фамилья Брег. Я придаю лицам моих цветов любое выражение радости или печали. У моих роз пахнут не только лепестки, но и листья. Я первый в мире вывел голубую георгину.
Вальс. Хорошо, хорошо… Выводите… А это, по-видимому, повар?
Повар Гриб. Повар Божьей милостью.
Вальс. Ну, я уже говорил о своих кулинарных запросах с архитектором, – пускай он вам передаст, скучно повторять.
Сон. Засим, особенно рекомендую этого дворецкого.
Вальс. Да-да, пускай сговорятся. Много еще?
Сон
Вальс. Его я попрошу из всех библиотек мира набрать мне уникумов. Я хочу библиотеку, состоящую исключительно из уникумов. Теперь, кажется, все проинтервьюированы?
Сон. Нет.
Вальс. А кто еще? Этот?
Сон. Нет.
Вальс. Не знаю, не вижу…
Сон. Вы забыли врача. Вот это – доктор Гроб.
Вальс. А, очень приятно.
Гроб. Как вы себя чувствуете сегодня?
Вальс. Превосходно. Только, пожалуйста, меня не трогайте.
Гроб. Аппетит есть? Спали хорошо?
Вальс. Я здоров, я здоров. Видите, я даже снял повязку. Что с вами? Прошу помнить, что беру вас с собой только на всякий случай, – так что приставать ко мне не надо, не надо, не надо…
Гроб. Да-да, разумеется. Если я вас спрашиваю, то это только из приятельских побуждений.
Вальс. Сон, я знаю этого человека!
Сон. Успокойтесь, Вальс. Никто вам вреда не желает.
Гроб. Да не бойтесь меня, я вам друг.
Вальс. Я знаю его! Я его где-то уже видел!
