Работают такие бары очень просто. В обычном воздухе содержится 20,9 % кислорода, а клиенты баров платят за время использования специальных ингаляторов, подающих воздух с большей концентрацией О2, и получают удовольствие от этого процесса. В смысле от дыхания кислородом, а не от оплаты услуги. Кислород, который создаётся специальным генератором, перед подачей клиенту проходит через инфьюзор – станцию со сменными ароматическими капсулами, так что можно выбрать, что больше нравится: кислород с запахом малины или кислород с запахом клубники. Есть даже специальная профессия – оксиджей. Это специалист, который смешивает ароматы для инфьюзоров, создавая различные букеты для клиентов.
Кстати, те же канадцы из O2 Spa Bar с 1998 года начали продавать различные кислородные продукты навынос, в частности капли жидкого кислорода. Естественно, работа таких заведений строго регламентирована, поскольку далеко не всем можно употреблять повышенные дозы кислорода. И кстати, кислородным барам пристальное внимание всегда уделяют пожарные – по понятным причинам.
Более всего меня удивляет то, что вся эта огромная индустрия практически не использует существующую уже полвека технологию производства «вкусного кислорода» – кислородные коктейли Сиротинина.
Знаменитый патофизиолог, доктор медицинских наук, действительный член Академии медицинских наук СССР Николай Николаевич Сиротинин был блестящим учёным – но, как говорится, широко известным в узких кругах. Объясняется это просто. Процитирую строку из его классической биографии: «Изучал изменения основного обмена и содержание глютатиона в крови при анафилаксии, а также влияние блокады ретикулоэндотелиальной системы на анафилаксию». Любой медик скажет, что это очень важные исследования, но дилетант не поймёт в цитате ни слова. Узкая известность – удел многих серьёзных исследователей. Помимо того, Сиротинин написал ряд пособий и руководств (в частности, его руководство «Аллергия», вышедшее в 1934 году, стало первым подобным изданием в истории советской медицины), подготовил более сотни кандидатов и докторов наук – в общем, был человеком в своей области выдающимся. Ещё в 1930-х он отметился в альпинизме, готовил восхождения на Эльбрус, Казбек и другие горы Советского Союза.
В начале 1960-х годов уже пожилой Сиротинин (он родился в 1896-м), будучи профессором Института экспериментальной биологии и патологии в Киеве, занимался исследованиями дыхательных функций желудка. Как уже говорилось выше, технология подачи кислорода через желудочно-кишечный тракт существует – она называется энтеральной оксигенацией и была открыта ещё в XIX веке. В среднем кислород всасывается в тонком кишечнике со скоростью 0,15 мл/см2 в час, а в толстом – 0,11 мл/см2 в час. Крупным исследователем технологии был профессор М. Н. Сперанский, выпустивший в 1923 году первую брошюру с описанием метода и результатов его исследования.
Проблемой энтеральной оксигенации была необходимость вводить через рот пациента зонд – те, кому приходилось глотать длинную резиновую трубку, хорошо понимают, насколько это неприятно. Сиротинин же задался идеей упростить процесс, не потеряв эффективности (а эффективность его при некоторых заболеваниях, например печеночной недостаточности, значительно выше, чем в случае ингаляции).
Группа Сиротинина (конечно, он работал не один) обнаружила, что можно подавать через пищевод пациента насыщенную медицинским кислородом пену, полученную с помощью специальных веществ-пенообразователей. Пена попадала в желудок, не травмируя пищеварительный тракт, и оказывала при этом точно такой же эффект, как и прямая подача кислорода через зонд. В 1963 году Сиротинин, которому исполнилось уже 67 лет, сделал на заседании Минздрава Украины доклад, который не то чтобы произвёл сенсацию, но стал началом нового направления и в медицинской, и в пищевой индустрии.
Со временем медики усовершенствовали технологию. Дело в том, что кислород при подаче в организм высушивает каналы, по которым идёт, будь тот пищевод или дыхательная система. Поэтому его увлажняют, пропуская через аппарат Боброва – стеклянную ёмкость с жидкостью. Кислород подаётся по трубке в жидкость, поднимается на поверхность и забирается другой трубкой, находящейся в воздухе над жидкостью. Следующим шагом стало добавление пенообразователей непосредственно в аппарат Боброва – при такой конфигурации на выходе получается не газ, а пена.
Наконец, ещё через какое-то время учёные пришли к выводу, что определённый эффект сохраняется, даже если не вводить пену в желудок, а просто есть её ложкой. Конечно, при этом количество поступающего кислорода значительно меньше, чем при введении зонда, но зато процесс может быть приятным.
