Включив радио, я настроился на давно и хорошо знакомую станцию. К сожалению, она уже не передавала моей любимой музыки. Сейчас эта радиостанция, скорее всего, носила название типа «La Musica». А транслировала она хип-хоп в латиноамериканском духе. Нет, это не для меня. Я настроился на местную волну Национального государственного радио и сразу почувствовал себя стариком.
Сан-Хосе. Навигационная система приятным женским голосом направила меня с обожженного шоссе на не менее обожженные улицы города. Несмотря на все деньги и славу, полученные в девяностых годах, городок все равно оставался совершенно провинциальным по своей сути. Центр казался призрачным и печальным – ведь коммерческие здания пустовали на двадцать пять процентов, и сплошь и рядом глаз натыкался на объявления о сдаче в аренду. Праздные группы молодых людей бесцельно шатались по улицам даже сейчас, в разгар рабочего дня. Все вокруг громко кричало, что город этот знавал гораздо лучшие времена.
Я оставил машину в гараже напротив большого серого здания, в котором располагался департамент здравоохранения округа Санта-Клара. Войдя в здание, направился прямиком к охраннику и поинтересовался, где и как можно увидеть Брук Майклз. Он записал мою фамилию и послал сообщение на пейджер. А я тем временем уселся на жесткий пластиковый стул возле стенда, заполненного брошюрами медицинского ликбеза, и начал читать что-то о венерических заболеваниях. Как раз когда чтение уже начало казаться интересным, я услышал над своей головой голос.
– Доктор Маккормик, – произнес этот голос, – а вы прекрасно сохранились. Впрочем, конечно, загар не помешал бы.
Я поднял голову и увидел доктора Брук Майклз во всей красе – роскошную загорелую блондинку.
– Брук! А вам как раз надо ограничить пребывание на солнце. Вы же должны показывать пример здорового образа жизни. Если вы в тридцать лет сляжете с меланомой, ничего хорошего не будет.
Мы пожали друг другу руки.
– В двадцать девять, – поправила она шепотом и направилась к коридору, вход в который преграждал стол дежурного. Вслед за ней и я прошел сквозь розовую дверь, за которой оказалось множество офисов. – Тим Ланкастер коротко рассказал мне о цели твоего приезда. Я пыталась убедить его, что с удовольствием займусь этим вопросом сама и нет необходимости отрывать тебя от непосредственной работы, однако он остался при своем мнении.
Она явно ожидала от меня какого-то комментария, однако я промолчал. Но Брук оставалась Брук, а потому спросила прямо:
– Так почему же они тебя сюда прислали?
– Им нужно, чтобы здесь работал человек, хорошо знающий положение дел там, на востоке.
– О!
Ответ ее явно не удовлетворил, но, судя по всему, Брук решила пока остановиться на этом. Распахнула дверь в маленький, заваленный бумагами кабинет.
– Вот мое царство.
Все горизонтальные поверхности здесь были заняты медицинскими журналами и стопками документов. Мне показалось, что я снова очутился в офисе Ферлаха там, в Балтиморе. Сам собой возник вопрос, что же делает столь похожими кабинеты чиновников общественного здравоохранения. Может быть, размер?
– Прошу извинить за беспорядок. – Хозяйка сняла со стула какие-то листки.
– Надеюсь, он ни в малейшей степени не отражает состояние твоего ума, – заметил я.
– У меня в голове порядка больше, чем в самой Библиотеке конгресса, – гордо заявила Брук. – А в состоянии полного хаоса пребывают офис и личная жизнь.
– Сочувствую.
– Да не стоит. Дело в том, что мне удалось достичь полной гармонии с хаосом. – Она села за стол. – Итак, что же происходит в действительности?
Я опустился на стул, специально освобожденный для меня, и начал рассказывать, но при этом исключая негативную оценку собственной деятельности.
– То есть все это надо понимать таким образом, что они тебя оттуда попросту выперли, так ведь?
Я мысленно попросил ее заткнуться и не лезть не в свои дела.
Должен пояснить, что мы вместе с Брук учились в Атланте, всего год назад. В самый разгар жаркого лета в южном штате Джорджия нас подвергли суровой пятинедельной закалке в условиях главного офиса Центра контроля и предотвращения заболеваний. Конечно, среди обучающихся не могли не возникнуть определенные отношения. Возникли они и у нас с доктором Майклз. На пару недель мы с ней оказались, как принято говорить, парой. Но потом Брук получила назначение в Службу эпидемиологической разведки в Калифорнии и отправилась на работу, якобы для того, чтобы соединиться с женихом, только что начавшим преподавать в университете. Впрочем, с таким же успехом можно было утверждать, что она уехала в эти края просто для того, чтобы оказаться как можно дальше от меня. Скоро мне уже можно будет писать книгу с названием: «Как отпугивать женщин».
Я демонстративно посмотрел на часы.
– Мне пора за дело, Брук.
– А зачем ты сюда явился?
– Показаться, сообщить в департаменте здравоохранения, что прибыл в целости и сохранности. – Взглянув ей прямо в глаза, поинтересовался: – Ведь это не очень страшно – ну… то, что я приехал?
