Узнав, что я уже мчусь им на помощь, улишши все же прислушались к голосу разума и, оставив Четвертого среди сонмища тварей, организованно отступили. Первый и Второй, сдвинувшись спина к спине, начали прорываться к выходу. Третий, Пятый и Шестой поспешили за ними, разрывая на части всех, кого не сумела уничтожить ведущая пара и расчищая пространство дальше. Седьмой, благодаря скромным размерам, следил за собратьями, метался из стороны в сторону и успевал буквально везде, помогая там, где в этом была наибольшая необходимость. Ну а Восьмой, как самый крупный и выносливый, пятился последним, прикрывая тылы и безостановочно убивая тварей, которые рискнули наброситься на стаю сзади.
Я, ориентируясь больше на чутье и знания Ули, почти не смотрел, куда бегу. Изя руководил процессом полностью, тоже доверившись маленькому улишшу и слушаясь его, как родного. Ули был единственным, кто, незримо присутствуя на охоте, знал в этих катакомбах каждый закуток и мог кратчайшим путем провести нас к отчаянно сражающимся собратьям.
К счастью, охотились мои звери здесь довольно давно, поэтому на первом уровне нас никто не задержал. Домчавшись до прогнившей от времени и давным-давно провалившейся решетки в одном из подземных закутков, я спрыгнул на второй уровень и со всех лап помчался дальше.
Мои улишши были еще далеко — даже чуткий слух нурра не мог уловить шум нешуточной схватки. Но с каждым прыжком я был к ним все ближе. И каждый миг добавлял им шансов на выживание.
«Первый, Второй! Меняйтесь!» — рыкнул я, поняв по исправно передаваемым Ули ощущениям, что ведущая пара выдохлась.
Ули послал в ответ волну одобрения, и череда картинок немедленно сменилась.
Молодцы. Отступили, дав место более свежим Третьему и Пятому. Потом их пускай сменят Шестой и Восьмой. Или нет, лучше Седьмой, потому что Восьмой уже ранен.
«Держитесь, малышня! — снова подумал я, стрелой проносясь по незнакомому коридору. — Ули! Куда дальше? Впереди развилка! Показывай направление!»
Пользуясь подсказками улишша, я резко свернул, едва не стесав по пути каменный угол. Процарапал когтями в полу длинные борозды, едва не свалился в грязную лужу, расплескав ее неаппетитное содержимое по всей округе, но в скорости почти не потерял.
«Ули!»
Маленький брат немедленно скинул новый образ, жирной красной точкой выделив место ближайшего спуска на третий уровень. И ненадолго исчез, всерьез озабоченный трудностями собратьев, которые далеко не все до меня доносил.
Он, как и раньше, избавил меня от чужой боли, поэтому о том, что раны Восьмого намного более серьезны, чем показалось сначала, я понял далеко не сразу. Только когда картинка от него стала угрожающе раскачиваться, я узнал, что улишш едва бежит. Вскоре он перешел на шаг. Наконец, и вовсе остановился. А затем тяжело вздохнул и, отправив братьям короткую, но совершенно спокойную мысль, развернулся мордой к стремительно нагоняющим стаю кляксам.
«Восьмой…» — тихо прошептал я, когда еще один наш брат оскалился и прыгнул в самую гущу тварей, жертвуя собой ради того, чтобы спаслись остальные.
Какое-то время бешено пляшущая перед глазами картинка еще держалась, но вскоре она погасла, и до меня донесся горестный всхлип Ули.
«Прощай, Восьмой…»
Я в бешенстве взвыл и наддал так, что из-под когтей брызнули искры. Изя, озверев от наших потерь, выстрелил вперед, хлестнул по стене, вцепился в нее зубами и, подтянувшись, придал мне еще большее ускорение.
А вот и третий уровень.
Спрыгнув в узкую, явно кем-то процарапанную или даже прогрызенную дыру, я суматошно огляделся и, увидев два убегающих в разные стороны, совершенно одинаковых тоннеля, снова рявкнул:
«УЛИ!»
Но потом услышал отчетливый гул, похожий на бурление гигантского водопада. Затем уловил и другие звуки, с трудом пробивающиеся откуда-то из глубины подземелий. Еще через миг получил подсказку от встревоженно пискнувшего улишша и почти полетел по заросшему многолетней грязью тоннелю, где, вероятно, со дня основания не было ни одной уборки.
Макс как-то сказал, что на самом деле уровней в городских катакомбах гораздо больше, чем те три, что мы успели освоить. Я тогда еще удивился — мол, на кой хрен строителям вообще столько сдалось? Неужели одного недостаточно?! Макс тогда лишь посоветовал выглянуть в окно и вспомнить, как долго длится сезон дождей и какое количество осадков выпадает в столице за это время.
Я наскоро подсчитал.
Впечатлился.
И порадовался, дурак, что в свое время залез только на первый уровень, да и то, лишь самый его краешек увидел. Потому что для сброса в реку и отведения ТАКОГО количества дождевой воды никакой ливневки… никакой одноуровневой канализации однозначно не хватит. Да и в ту надо ставить решетки для сбора мусора и специальные насосы, чтобы трубы не засорялись.
В Гоаре, правда, роль труб выполняли собственно тоннели. Самые нижние, естественно. И, если верить Максу, многие из них в сезон дождей заполнялись водой целиком. Так что городская канализация больше выполняла роль дренажной системы, причем выполняла ее хорошо.
