Когда я рассказала Данте, он поднял меня на руки с особой нежностью. Хоть ничего еще и не было видно, он поднял мою футболку и зацеловал мой живот.
Он ходит со мной на каждый прием к доктору и с готовностью бежит посреди ночи за апельсиновым соком и определенным видом сыра пармезан, которого мне вдруг смертельно хочется.
Меня переполняет энергия и безумный творческий дух – сильнее, чем когда-либо. Не знаю, то ли дело в беременности, то ли в присутствии Данте в моей жизни, но идеи роятся в моей голове дни напролет. Я заполняю эскизами альбом за альбомом.
После рождения ребенка я запущу собственную линию одежды. Данте уже помогает мне искать склад, чтобы мы могли производить одежду прямо в Чикаго.
Он ходит со мной выбирать ткани и спрашивает, что мне нравится в каждой из них. Просит меня объяснить ему, почему определенные цвета и оттенки хорошо сочетаются друг с другом.
– Мне нравится видеть все твоими глазами, – объясняет он.
Моя дочь сопровождает меня на всем этом пути. Однажды я покажу ей это, как показываю Данте и Генри. Она присоединится к нам, дополнив нашу маленькую семью.
Мои ощущения во время этой беременности полностью отличаются от предыдущей. Я не боюсь и не волнуюсь, но жду с нетерпением.
Однако мои чувства к малышке такие же, как к Генри, – я уже люблю ее всем сердцем.
– Я надеюсь, она будет такой же, как ты, – говорит Данте.
Я надеюсь, что она будет лучше меня – красивее, умнее, добрее. Но больше всего я надеюсь, что однажды дочь найдет своего суженого. Я надеюсь, что он ворвется в ее жизнь так же, как Данте ворвался в мою.
Потому что никто лучше меня не знает, что ни красота, ни ум, ни слава, ни успех не способны залатать дыру в твоем сердце.
Этой дыры больше нет. Мое сердце наполнено любовью. Переполнено до краев.
Я и не знала, что в мире бывает столько счастья.
