– Подождите, что вы имеете в виду, говоря: «Мы потеряли вашу бронь»? Я звонил три дня назад, чтобы ее подтвердить! – я очень, очень зол! Эти шуты ожидают, что я буду жить в одной комнате со своей студенткой?
– Простите, сэр. У нас нет записи о вашем бронировании, – говорит служащая отдела регистрации гостиницы «Hilton» в центре Чикаго. Ее яркие голубые глаза смотрят без всякого стыда, пока кипит мой гнев.
– Проверьте еще раз, – огрызаюсь я, указывая на монитор. – Она должно быть там. У меня есть номер подтверждения. На две комнаты.
Ее пальцы стучат по клавиатуре компьютера, от которого она не может оторвать глаз.
– Ох, да, вот она. Доктор Дейл. Один номер, две двуспальные кровати.
Я качаю головой на ее заявление.
– Нет, это неверно. Я заказывал две комнаты, – я держу поднятыми два пальца, надеясь, что так она лучше меня поймет, потому что прямо сейчас эта цыпочка ни хрена не понимает.
Это кошмар. Как я могу делить с Марли одну комнату после того, как увидел ее мастурбирующей? Я смотрю через плечо на нее, стоящую посреди оживленного фойе, не обращающей внимания на проблемы, с которыми я столкнулся у стойки регистрации. Своими каштановыми волосами, ниспадающими волнами на ее плечи, она напоминает мне кинозвезду.
Ее пальцы летают по телефону, набирая сообщение. Ее пальцы… Мой мозг возвращает меня в самолет. К розовым трусикам. К ней, стонущей мое имя. Прошло много времени с тех пор, как женщина кричала мое имя и, возможно, мне нужно это исправить, потому что мой член с того момента стал твердым. Часть меня хотела войти в туалет и продолжить то, что она начала. Другая часть знала, что я никогда не смогу переступить эту черту.
– Сэр, мне жаль, – служащая снова обращает на меня свое внимание, – у меня записано, что вы заказали одну комнату.
– Хорошо, выделите мне номер с двумя комнатами, – требую я. – Мне нужны две комнаты. Со мной студентка-ассистент. Мы не можем жить в одной комнате, – я постукиваю пальцами по мраморной столешнице, чтобы успокоится.
Ее глаза суживаются, смотря на экран, а затем она бросает на меня взгляд.
– Послушайте, у нас все распродано из-за медицинского съезда. И так во всех отелях, – она наклеивает фальшивую улыбку на свои тонкие губы. – У нас для вас есть однокомнатный номер. Я сожалею.
Она не сожалеет. Если бы ей было жаль, то она не стала бы бросать мне вызов своими слишком тонкими бровями. Но я, ничего не могу с этим поделать.
– Хорошо, – соглашаюсь я, сдвигая свои очки и пощипывая переносицу. Она вводит информацию обо мне, а затем передает мне ключ-карту.
Я подхожу к Марли и рассказываю о ситуации с номерами. Ее яркие зеленые глаза, смотрят куда угодно но только не на меня. Она не смотрит мне в глаза с тех пор, как вернулась из туалета в самолете.
Тишина заполняет лифт, когда мы поднимаемся в наш номер. Уже поздно, а мне еще нужно готовиться к моей завтрашней лекции.
Съезд, всего на один день, наполнен многочисленными конференциями. Я выступаю завтра в семь тридцать вечера, во время ужина с лучшими врачами страны. Это все завтра, а я уже хочу, чтобы это уже закончилось. Большинство людей в этой ситуации, нервничали бы. Черт, два года назад я был бы ошеломлен. Но теперь... ничего.
Выйдя из лифта в коридор, к тишине между нами добавляется мрачное напряжение. Пока мы приближаемся к нашему номеру, Марли не отрывает взгляда от красно-золотого ковра. Возможно, я бы попытался облегчить неудобную тишину, если бы не воспроизводил в памяти ее действия в туалете самолета. Это – ненормально, но меня не покидает вид ее раскрасневшегося лица, и ее голос, когда она простонала мое имя. Я ее профессор, но ...
Я – человек.
Я – мужчина.
А она – чертовски горячая.
Карточка-ключ щелкает, открывая электронный замок на двери. Отступив, я пропускаю ее вперед.
Она закатывает свой маленький чемодан в середину комнаты, покрытой желто-коричневым ковром, и останавливается, бросая свою сумочку в зеленое кресло у телевизора.
– Уютно, – говорит она, оглядывая небольшое пространство. Оно кажется еще меньше, когда она рядом со мной наедине.
В комнате некомфортная температура, и она подходит к термостату и настраивает его. Я хотел бы ослабить напряжение между нами (ну, не совсем, нянчиться с ней – не мой приоритет). Вместо этого я бросаю свой чемодан на кровать, расположенную ближе всего к ванной.
– Полагаю, я займу эту.
Не поднимая на меня своих глаз, она кладет чемодан на другую кровать, расстегивая его. Когда мы будем спать сегодня ночью, нас будет разделять только один фут. Из-за которого, давайте смотреть правде в глаза, я в любом случае, не слишком много посплю.
