Джейн не удалось найти виски. Молодой человек жадно выпил воду и объявил, что ему лучше.
– Вам рассказать о моих приключениях или вы расскажете мне о ваших? – спросил он.
– Сначала вы.
– У меня их немного. Я случайно заметил, что великая княжна вошла в комнату в туфлях на низком каблуке, а вышла в туфлях на высоких. Мне это показалось довольно странным. А я не люблю странных вещей.
Я поехал за машиной на своем мотоцикле и увидел, как вас увели в дом. Примерно через десять минут подлетела большая гоночная машина. Из нее вышли девушка в красном и трое мужчин. На ней были туфли на низком каблуке, это точно. Они вошли в дом. Вскоре туфли на низком каблуке вышли, одетые в черно-белое платье, и уехали в первой машине, вместе со старухой и высоким мужчиной со светлой бородой. Остальные уехали на гоночном автомобиле. Я думал, что все они уехали, и только попытался залезть в окно и спасти вас, как кто-то дал мне сзади по голове. Вот и все. Теперь ваша очередь.
Джейн рассказала о своих приключениях.
– И мне ужасно повезло, что вы поехали следом, – закончила она. – Вы понимаете, в каком ужасном положении я оказалась бы в противном случае? У великой княжны было бы идеальное алиби. Она покинула базар раньше, чем началось ограбление, и приехала в Лондон на своей машине. Поверил бы кто-нибудь в мою фантастически невероятную историю?
– Ни за что на свете, – убежденно ответил молодой человек.
Они были так увлечены, рассказывая друг другу свои истории, что ничего вокруг не замечали. Теперь они слегка вздрогнули, подняли глаза и увидели высокого человека с печальным лицом, прислонившегося к стене дома. Тот кивнул им головой.
– Очень интересно, – прокомментировал он.
– Кто вы такой? – спросила Джейн.
В глазах человека с печальным лицом что-то блеснуло.
– Детектив-инспектор Фарелл, – мягко ответил он, – Я с большим интересом послушал ваш рассказ и рассказ этой молодой леди. Возможно, нам было бы трудно ей поверить, если бы не один или два момента.
– Например?
– Ну, видите ли, сегодня утром мы узнали, что настоящая великая княжна сбежала с шофером в Париж.
Джейн ахнула.
– А потом мы узнали, что эта американская «разбойница» приехала в нашу страну, и мы ожидали какого-то события. Мы их очень быстро поймаем, это я вам обещаю. Простите, я вас на минутку покину…
Он взбежал по ступенькам в дом.
– Ну и ну! – воскликнула Джейн с большим чувством. – Я думаю, вы такой молодец, что заметили эти туфли, – внезапно сказала она.
– Вовсе нет, – ответил молодой человек. – Я вырос среди торговцев обувью. Мой отец что-то вроде обувного короля. Он хотел, чтобы я тоже занялся этим делом, женился и остепенился. И тому подобное. Не на какой-то определенной невесте, просто в принципе. Но я хотел стать художником… – Он вздохнул.
– Мне очень жаль, – искренне посочувствовала Джейн.
– Я шесть лет пытался им стать. Но надо смотреть правде в глаза: я паршивый художник. Я уже решил все бросить и вернуться домой, как блудный сын. Там меня ждет хорошая должность.
– Работа – это великолепно, – с грустью согласилась Джейн. – Как думаете, вы не могли бы достать мне какое-нибудь место по примерке туфель?
– Я мог бы предложить лучшее место, если вам оно подойдет.
– О, какое?
– Это пока не важно. Я скажу вам позже… Знаете, до вчерашнего дня я никогда не встречал девушку, на которой мне бы захотелось жениться.
– До вчерашнего?
– На базаре. А потом я увидел ее – единственную и неповторимую! – Он очень пристально посмотрел на Джейн.
– Какие красивые эти дельфиниумы, – поспешно произнесла она, щеки ее сильно покраснели.
– Это люпины, – поправил молодой человек.
– Это не имеет значения, – сказала Джейн.
– Ни малейшего, – согласился он.
И придвинулся немного ближе.
– Ну в самом деле, я просто в восторге, – в четвертый раз повторила мисс Дороти Пратт. – Как бы мне хотелось, чтобы эта старая кошка меня сейчас видела! Она и ее эта «Джейн»…
Та, кого так язвительно назвали «старой кошкой», была достопочтенная нанимательница мисс Пратт, миссис Маккензи Джонс, у которой были свои взгляды насчет христианских имен, подходящих для горничных, поэтому она отвергла имя «Дороти» и звала мисс Пратт презираемым ею вторым именем «Джейн».
Спутник мисс Пратт ответил не сразу – по самой веской причине. Если вы только что приобрели подержанный «Бейби-Остин»[10] за двадцать фунтов и всего второй раз сели за руль, все ваше внимание поневоле сосредоточено на трудной задаче использования обеих рук и ног в соответствии с насущными требованиями момента.
– Э… а! – произнес мистер Эдвард Пэлгроув, преодолевая кризис с ужасным скрежетом, который заставил бы настоящего автомобилиста нервно стиснуть зубы.
– Не слишком-то ты разговорчив, – пожаловалась Дороти.
Мистер Пэлгроув был избавлен от необходимости отвечать, так как в тот момент его громко и виртуозно выругал шофер автобуса.
– Что за наглость! – воскликнула мисс Пратт, вскинув голову.
– Хотел бы я, чтобы это у него была такая педаль тормоза, – с горечью произнес ее парень.
– С ней что-то не в порядке?
