— Труба! Беги к Анне, пусть выдаст из моих запасов пару золотых… — тот рысью метнулся в крепость, — … Ваши слова, Оуна Наватаро Дрегон, для нас бесценны, и нет достойной благодарности, что может сравниться с оказанным благодеянием, — продолжал Ярослав, обращаюсь к капитану на модонском. — Будьте уверены, Дхоу Ярослав не забывает услуг. Мы обязательно учтем ваше предупреждение и будем готовы встретить заносчивых соседей. Вам же, уважаемый Дрегон, надлежит не вмешиваться в распрю и постараться остаться в стороне. А уж будущей осенью будем рады видеть вас у себя в гостях и сумеем достойно отблагодарить.
— Премного благодарен за учтивые слова, Дхоу, — поклонился корабельщик, собираясь уходить. Ярослав задержал его, как бы между прочим спросив:
— А тот человек, что пытается подтолкнуть деспота на захват долины, кто он?
Корабельщик остановился, в задумчивости глядя на собеседника:
— Точно не знаю, но он чужак с запада… и остановился при храме новых богов. По словам некоторых придворных болтунов, всячески поносит Агеронцев, которые ушли в долину, называя их мерзавцами и захватчиками. А по мне, так нет ничего плохого в том, что вы сумели свершить благородное дело — отбить землю у нелюдей…
Прибежал взмыленный Труба. Ярослав принял деньги и передал Дрегону:
— Примите этот скромный дар, Оуна Наватаро, в знак нашей с вами дружбы и расположения в будущем…
— Премного благодарен, Дхоу, — кланяясь, капитан взял деньги, а в его глазах блеснула алчная искра.
— ... Надеюсь, мы можем рассчитывать на вашу помощь, если деспот совершит необдуманный шаг, вы сообщите?
— Я постараюсь, Дхоу, — с кривой усмешкой согласился моряк.
Когда кормчий ушел, Ярослав подозвал некоторых из своих людей, в течение продолжительной беседы наблюдавших издалека.
— Сергей! — обратился он к Жигану, когда рыжебородый торговец ушел к пристани. — Я только что узнал, в дельте стоит бурутийский корабль с пятьюдесятью воинами на борту. Бери своих и немедленно найди.
— Шестопер! Пусть твои люди будут в постоянной готовности. Подготовь на нижнем дворе лошадей, и при малейшей опасности садитесь в седла. Если будет схватка, врагов лучше встретить верхом. По словам торговца, воины они отменные и хорошо вооружены, пусть все понимают: бой будет кровавым. И собери командиров в мегароне.
Возвращаясь в крепость в кругу друзей и соратников, Ярослав размышлял о посланнике и корабле с бурутийскими стражниками. «С одной стороны, — думал он, — пятьдесят воинов — не настолько большая сила, чтобы Охерибо пошел на прямой конфликт с переселенцами, в то же время, если их использовать умело, можно принудить к заключению невыгодного договора. Тут есть два пути - это устроить неподалеку собственную колонию и в течение определенного времени переманивать людей подкупом и щедрыми посулами, а когда силы накопятся достаточно, а люди увидят, что опасаться некого, открыто заявить о своих претензиях на власть в долине. Лично я бы так и поступил, но, судя по первому впечатлению, Веллас не тот человек, который может действовать долго и целенаправленно, скорее всего, его план заключается в прямом подкупе верхушки колонии, а затем вооруженном захвате власти и ликвидации недовольных. Вероятно, в течение трех–четырех дней он разовьет бурную деятельность, а затем из леса выйдут стражники и захватят крепость, спокойно и без жертв. Первейшая наша задача - изолировать посланника и быть готовыми к нападению врагов, а в случае удачного стечения обстоятельств немедленно нападать самим и без сантиментов перебить бурутийцев. Все угрозы со стороны Охерибо, что деспот станет гневаться, маловероятны.
Зал мегарон не пострадал от землетрясения, уже установленные балки остались на своих местах, в глубоких пазах стен. И хотя черепичной крыши еще не было, начинал обретать обжитой вид. Несколько ласу обмазали одну из стен и даже успели нарисовать на сырой штукатурке замечательную роспись из цветов, фантастических животных и людей.
Привычно садясь на возвышение, вождь Ярослав отдавал распоряжения собравшимся здесь командирам:
— ... Несмотря на постигшее нас несчастье, уважаемый Павел Петрович, для нас сейчас главное — расчистка полей, поэтому оставьте на разборе завалов половину выделенных вами людей, остальные должны рубить лес.
А твои люди, Шестопер, оставаясь в крепости, не должны прохлаждаться, пусть восстанавливают обрушенные парапеты на стенах и одновременно осуществляют усиленную охрану.
Я слышу много ропота, особенно со стороны агеронцев, относительно стражи бурути. Мол, лучше выполнить требования посланника и не связываться с деспотом. В корне с этим не согласен. Судя по рассказам, человек это жестокий и беспринципный в отношении сбора налогов, под его началом, возможно, мы и останемся живы, но несправедливые поборы могут довести любого до крайности. С моей точки зрения лучше оказать сопротивление сейчас, когда сил у бурутийцев в долине мало, чем рассчитывать справиться с ними в будущем.
