Миэле встретила брата на сходнях с требованием выложить все о переговорах и выслушать ее мнение. Принц Клодоальд, будучи в курсе о причинах столь неравнодушного отношения сестры к данным конкретным человекам и не желая падать лицом перед соплеменниками, жестом, учтиво и строго предложил пройти для разговора в укрытие на палубе, устроенное специально для Нур–нисы. Двое воинов охраняли покои, и принц мог быть уверен, их не услышат.
Рассказ не занял много времени, результат читался на мрачных лицах.
— Дхоу потребовал клятву о мире и заложников на семь лет, — грустно поведал он сестре, в душе радуясь, что может не скрывать перед ней своих чувств. Они были всегда близки друг другу, и детская привязанность между братом и младшей сестрой сохранились до сего дня. Лишь в обществе Миэле Клодоальд мог быть самим собой, не стесняться и не скрывать самых тяжелых переживаний и даже неприязни к обществу их родственников, погрязших в интригах, надменности, исключительности и желания воспринимать окружающий мир лишь через призму собственных личных интересов.
Принц Клодоальд относился к небольшой группе энолов, что были в состоянии за чередой событий, невзирая на предрассудки и предвзятость народа, рассмотреть буйную поросль фактов, грозовым облаком накрывшую землю энолов и предупреждающую о близком конце.
Даже с матерью и отцом у него не сложилось столь близких отношений. Отец, всегда холодный, вечно второй наследный принц даже в кругу собственной семьи, вынужденный опасаться врагов, доносов и интриг, хотя и не был строг с сыном, но сохранял некую отстраненность, вероятнее всего, по причине своего положения. С матерью у Клодоальда не сложились отношения с детства, в отличие от общительной и бойкой Миэле, которая в силу характера умудрялась сохранить добрые отношения со всеми, и теперь ему было трудно принять увлечение сестры.
— Я могу вам помочь! — с полной уверенностью в голосе бодро выпалила энола.
У Клодоальда даже зрачки расширились, а губы расплылись в ехидной улыбке, он не мог поверить, что его бесшабашная сестра может придумать что-то стоящее.
-- Наверное, нечто похожее на побег этого человека, — усмехнулся он.
— Да! — не моргнув глазом, согласилась Миэле.
Клодоальд не мог сдержать смеха от такой очаровательной непосредственности:
— И что?
— Вы должны обменять заложников на меня!
— На тебя?!
— Да! И поверь, я не сошла с ума! Я знаю, что вождь людей сразу станет намного сговорчивее. Я уверена, что могу воздействовать на него!
Принц непонимающе замотал головой, будучи не в состоянии что-либо молвить от давившего смеха, и лишь воспитанность не позволяла ему рассмеяться от души.
Миэле, видя состояние брата, обиделась:
— Ты его совсем не знаешь, он совсем не такой, как другие люди.
— Какой?! — спросил Клодоальд, в конце концов пересилив тяжкие позывы.
— Особенный! - многозначительно и важно выразилась энола, задрав носик.
— Ты сошла с ума!
— Ничего подобного, я разумнее всех вас, воинов! Я все рассчитала! Дхоу точно согласится обменять пять воинов на одну энолу. Это уже большой выигрыш, он отдаст крайншен без дополнительных уступок, и, возможно, сократит срок до трех лет, а там, когда он меня лучше узнает, может через год–полтора, когда ничто не будет угрожать его людям, отпустит совсем. Он отпустил бы и сейчас всех, но боится. Точнее, он ничего не боится, а боятся его люди и не позволят отпустить. Чтобы это сделать, ему надо притупить их страх, обмануть, и я в этом лучший вариант.
— Миэле, - с горечью в голосе пытался образумить сестру принц, — люди — это грязные животные, не ушедшие от своих предков вуоксов и трех шагов, а те еще на нашей памяти не умели говорить. Ты представляешь, что они с тобой сделают, попади юная энола к ним в лапы?
— Ты заблуждаешься, брат! — с некоторой безапелляционностью в голосе прервала его сестра. — Ты ровным счетом ничего не знаешь о людях, пересказывая чужие предрассудки…
— Конечно, это ты у нас почитатель культуры людей, собиратель их писаний и языков!
— Но кто-то должен этим заниматься, а когда кругом глухая стена и непонимание, ты-то должен представлять, насколько это все важно именно сейчас! А здесь такой удобный и интересный случай.
— Но почему ты!?
— Кроме меня просто некому, никому это просто не нужно, а так глупо!
— Скорее, тебя привлекает один человек!?
— Не скрою! — согласилась Миэле, скромно потупив взор и сложив ладони за спиной в кулачок. — С познавательной стороны, как представитель самобытной культуры!
Энола была само смирение.
Принц Клодоальд во второй раз подавился смехом, поражаясь находчивости сестры, но это было уже слишком.
— Теперь вижу, — выдавил он, — тебе действительно ничто не грозит среди людей, тем не менее, не могу согласиться, Нур–ниса не может быть предметом торга.
Миэле окончательно обиделась и разозлилась.
— В таком случае я сбегу! — полушепотом, чтобы никто не услышал, заявила она, широко хлопая огромными ресницами и мило улыбаясь.
У принца от этих слов екнуло сердце, сестра не шутила и действительно могла сбежать.
