Анита хотела подняться – не смогла. Борьба с невидимкой отобрала последние силы, вымотала вконец. Что делать, поползла на четвереньках, а правильнее сказать, на двух коленках, левой ладони и костяшках пальцев правой руки, которой все еще стискивала рукоять ножа. Не верилось, что смерть снова миновала. А ну как коварный вражина только для виду дал стрекача, а сам затаился за поворотом и выгадывает момент для повторного нападения?
Двигалась наобум – туда, куда вело наитие. Теперь только ему и следовало подчиняться, других советчиков не имелось. От напряжения на руке открылся не успевший затянуться порез, кровь опять выступила на коже. Анита не видела ее, но вполне можно было довериться и осязанию. В довершение всего в ладонь впилось что-то острое. Шип? Нет, какой-то твердый граненый катышек величиной с горошину. Анита подняла его, ощупала. Непонятно что, но нельзя исключать, что его обронил враг. Значит, надо взять, спрятать на себе.
Она разогнулась, села на пятки, сунула находку в кармашек жакета. Веревка с петлей все еще болталась на шее. Анита сдернула ее, хотела выбросить, но передумала. Обмотала ею руку, крепко затянула. Кровь перестала течь.
Все, теперь прочь отсюда, под крыло к Алексу. Царапал ногтями заплесневелую стену, еле-еле поднялась. Шажок за шажком пошла вперед, тихо, осторожно, как годовалый ребенок, едва научившийся ходить.
Замок молчал. Его холодная громада дышала злом, готовым сию секунду вырваться изо всех пор и уничтожить маленькую обессиленную женщину.
Анита и сама не могла бы сказать, как без света и почти без сознания разобралась в хитросплетениях коридоров и добралась до нужной комнаты. Упала в нескольких шагах от двери и провалилась в беспамятство. Хорошо еще, Максимов, сидевший возле камина, услышал шум, выскочил и увидел распростертую на полу супругу. Перенес ее на руках, уложил на кровать и погнал Веронику за графом.
Глоток бурбона привел Аниту в чувство. Упреждая вопросы, она наскоро поведала Максимову, что ничего страшного не произошло – руку разрезала сама, чтобы разговорить Вэнь Юна, подробности потом. Тут как раз примчался, забыв о своей чопорности, граф Ингерас, и Анита глазами попросила мужа: молчи! Графу же сказала, что порезалась случайно, наткнувшись в потемках на меч, упавший со стены. Вообразить себе такую ситуацию было непросто, и граф не поверил, но Анита не собиралась ничего добавлять.
Осмотрев ее, Ингерас пришел в необычайное волнение, сходное с бешенством.
– Вы были практически здоровы, сударыня, а сейчас… Столь обильная кровопотеря может вызвать рецидив. Вы отдаете себе отчет?
Анита винилась, сетовала на неосторожность, а граф все распалялся и твердил про то, что кровь – самое драгоценное, что есть в человеческом организме, и негоже разбазаривать сие богатство направо и налево. Слова были немного другие, но смысл именно такой. Аните эта воспитательная беседа наскучила, и она осадила графа нелюбезной репликой:
– Уж не считаете ли вы мою кровь вашей собственностью?
И что такого она сказала? Граф отшатнулся, словно от удара, и побледнел, хотя при естественной (а правильнее сказать, неестественной) белизне его кожи это казалось невозможным. И снова, как тогда, в подземелье, лицом к лицу с китайцем, Аниту посетило ощущение того, что она ходит где-то рядом с правдой, временами даже видит ее уголок, но дальше, на запретную территорию, не пускают.
Впрочем, в запасе наличествовал еще один козырь. И, быть может, пока граф выведен из душевного равновесия, самое время бросить его на стол.
– Из-за чего вы беспокоитесь, ваше сиятельство? По-моему, у вас в замке это в порядке вещей.
– Вы о чем?
– О крови. Ее здесь теряют все: и живые, и мертвые…
Насторожился. Ждал продолжения.
– Я сегодня не поленилась, заглянула еще раз в ваш склеп. Хотелось сказать последнее «прости» кухарке…
Брякнула упавшая тарелка – это зазевалась Вероника, разинувшая рот от любопытства. Максимов повелительным жестом выслал ее из комнаты, а сам, как и граф Ингерас, весь превратился в слух.
Анита упивалась произведенным впечатлением, говорила не спеша:
– Я подняла крышку саркофага, а там…
– Что? – хрипло спросил Максимов.
