Я кивнула, подхватив маленькую сумочку, куда я положила рисунок Тора, который рисовала сегодня целое утро, кисточку и неизменный подарок Локи.
Поднявшись по сводчатым ступеням, я шагнула в широкий коридор, увешанный букетами дурманящих своим ароматом цветов. Стук каблучков гулко раздавался в помещении, пока я не вышла на длинный балкон, ведущий прямо к тронному залу, и не остановилась около каменных перил, оперевшись о них своими ладонями.
— Эви, дитя мое. — послышался ставший мне дорогим за все эти годы голос.
Я повернулась и расплылась в лучезарной улыбке.
— Царица. — я присела в неглубоком реверансе, когда Фригга плавно подошла ко мне, приобняв за плечо.
— Ты сегодня прекрасно выглядишь — улыбнулась она.
— Смею заметить, вы тоже.
— Сегодня такой важный день. — как-то тревожно проговорила царица. — Тор уже буквально несколько дней сияет, как начищенный щит.
Я усмехнулась, но тут же осеклась.
— Как Всеотец?
— Дитя, лучше сразу перейди к главной теме — подмигнула мне Фригга. — А то ты так поинтересуешься и Фандралом, пока решишься спросить о младшем принце.
Я поджала губы, опустив голову.
— Он уже ищет тебя. — прошептала над самым ухом царица, и я повернулась к ней лицом.
— Откуда вы знаете?
Фригг улыбнулась, покрепче сжав мое плечо:
— Несомненно, ему понравится твое платье.
Уголки моих губ дрогнули в улыбке.
— Не забудь, через двадцать минут состоится коронация. — царица плавной походкой направилась по направлению в тронный зал.
Я выдохнула и раскрыла сумочку, в которой по-прежнему покоился рисунок и чернила.
“Стоит сделать царице подарок тоже”, — подумала я и сделала пару шагов вперед. Признаться, на каблуках я ходила довольно-таки редко, а если быть конкретнее, то почти никогда. Но сегодня нужно было одеться подобающим образом, поэтому мне ничего не оставалось, как обуть эти туфли.
Еще два шага, и каблук подскользнулся на мраморном полу. “Ну, все, сейчас что-нибудь себе сломаю., — пронеслось в моей голове, как сильные крепкие руки подхватили меня за талию и вернули в прежнее положение.
— Зачем только ты нацепила эти туфли? — раздался голос Локи, и я быстро развернулась к нему. — Они все равно тебе не идут.
— И тебе привет. — улыбнулась я.
— Я говорил тебе раньше, что ты весьма неуклюжа? — трикстер заломил бровь, сложив руки на груди и проигнорировав мою реплику.
— Не единожды. — кивнула я, поправляя подолы платья. — Кстати, спасибо.
Локи обвел взглядом меня с ног до головы и одобрительно кивнул.
— Хотя, платье вполне себе ничего. Цвет влюбленной жабы?
— Вообще-то, нефритовый, — поправила его я. — тебе ли не разбираться в оттенках любимого цвета.
Принц закатил глаза, и, медленно ступая, подошел к перилам и облокотился руками о них. Я улыбнулась, крепче сжав в руках сумочку, и опять невольно залюбовалась его профилем, замечая, что с каждым годом он становится все более привлекательным.
— Только не говори, что снова нацепишь свой ужасный шлем. — хмыкнула я, оценивающе глядя на его костюм.
— Ты же нацепила эти ужасные туфли. — его губы дрогнули в усмешке, и Локи повернул ко мне голову.
Я уже была готова отпустить какой-то комментарий, когда снова заголосили трубы, и по коридору промчалась целая свита, направляющаяся в тронный зал.
— Кажется, нам пора. — произнес Локи, подставляя мне руку.
Я шла по пустому уже коридору обратно, только эхо шагов по-прежнему гулко сопровождало меня. Внутри царила такая же пустота, как и вокруг — меня опустошили нахлынувшие воспоминания.
Локи… Самонадеянный глупец!
Но ведь раньше он не был таким… Спокойный, таинственный, загадочный младший принц, но никак не тиран. Нет… Нет-нет… Что же они сделали с ним?
Я подавила накатившую вдруг к горлу колючую волну и сильно сжала губы. Лишь бы не расплакаться. Это, во-первых, не поможет, а во-вторых… В общем, незачем.
Проглотив обиду, я направилась дальше. Впереди виднелись двери, ведущие в огромную гостиную, туда, где я недавно разговаривала с Фриггой. Я уже направилась к ним, когда расслышала знакомые голоса — Один и царица. и разговаривали они на повышенных тонах. Точнее, это Всеотец что-то громко доказывал, а голос Фригги оставался все таким же спокойным, как и всегда. Я замерла, шагнув за угол, отсюда мне было прекрасно слышно их разговор.
— Я же приказывал! — пробасил Один. Послышались твердые шаги видимо, он нервно расхаживал по залу.
— Ты не можешь запретить девочке видеться с ним. — произнесла царица. — Я и так не появляюсь там, как ты того и хотел. Про нее же речи не было.
— То что он жив, это ваша с ней заслуга. Поэтому он не должен видеть ни тебя, ни ее.
— Ты хочешь лишить его возможности видеть тех, кто для него по-настоящему дорог?
— Именно!
Я отчего-то вздрогнула. То ли от его громкого голоса, то ли от того, что услышала. А может быть, от того и другого вместе.
