В правой руке тот сжимал автомат, на детишек не обращал внимания. Дэнис долго и внимательно следила за ним исподлобья. Карсон все так же сидел перед огромным голографическим экраном, на котором вырисовывался ее родной дом – Комплекс Чандлера. Звук почему-то был выключен, и только шум дождя за окном и вой ветра нарушали вязкую тишину комнаты.
Очертания Комплекса внезапно исчезли. В светящемся объеме что-то звонко щелкнуло, и экран разделился пополам. В правой части по-прежнему теснились этажи Комплекса, а в левой возник панорамный обзор, составленный из всех участков, наблюдаемых камерами службы безопасности отеля. Центральным было изображение наружного коридора, ведущего к номеру, где прятался Карсон. Здесь отчетливо различались два миротворца, охранявших подходы к нему. Один дежурил в небольшом вестибюле, куда выходили двери лифтов, другой лежал у самого порога номера. Перед ним на треноге стоял тяжелый лазер.
Карсон изучал эти кадры с тупой заторможенностью во взоре, и лишь взволнованный голос дежурного по коридору заставил его вздрогнуть и выйти из ступора. Тот повернул голову в сторону объектива камеры и прокричал:
– Мы потеряли контакт с крышей, сэр!
Карсон оцепенел. Маленькая девочка, не сводившая с него глаз, мгновенно заметила, как исказились от страха черты его лица. Советника аж в краску бросило. Дэнис удовлетворенно подумала: «Так тебе и надо, злючка-колючка! Сейчас придет мой папочка и задаст тебе жару».
Карсон словно что-то почувствовал и повернулся в сторону детей. Их взгляды встретились. Безмолвная дуэль длилась несколько томительных мгновений, пока девочка первой не отвела глаза в сторону, мысленно поклявшись при этом: «Все равно я тебя убью!»
Она еще не знала, что такое дар, голова Карсона представлялась ей непроницаемой, как у любого взрослого, однако волна ее целенаправленного гнева заставила советника вздрогнуть. Он бросился к детям, рывками поставил их на ноги, повернул лицом к дверям. Сам спрятался за ними. Руки у него дрожали, подрагивал и автоматный ствол, наведенный на дверь.
Светящийся объемный экран двинулся вслед за Карсоном и, чтобы не загораживать вход, занял положение в метре от пола, чуть правее дверного проема.
Дэнис терпеливо ждала, но ничего не происходило. Она перевела взгляд на часы. Стрелка отщелкала двадцать секунд. Тридцать секунд.
На экране внезапно замигала лампочка на панели возле лифта, и двери кабины раздвинулись.
Пожарной лестницы, ведущей с крыши в недра отеля, попросту не оказалось, и Кастанаверасу скрепя сердце пришлось воспользоваться лифтом. На таком близком расстоянии Карл уже вполне отчетливо чувствовал присутствие врага. Страх и ненависть, излучаемые Карсоном, пульсировали в темно-багровых и черных тонах. Сюда же примешивались изумрудные и нежно-голубые цвета, знакомые до боли в сердце. Выходит, Чандлер прав: близняшки здесь! Отель представлял собой тридцатипятиэтажное здание. Определив ментальным зрением нужный этаж, Кастанаверас занялся последними приготовлениями к штурму. Попасть с крыши на нужный этаж оказалось легче легкого и заняло всего несколько секунд. Так, восьмая кнопка. Отлично. Карл заранее улегся на пол и, приготовив оружие, замер в ожидании, когда откроются двери лифта. Как он и рассчитывал, миротворец, стоявший у двери с автоматом на изготовку, дал очередь без предупреждения. Часовой, очевидно, рассчитывал, что очередь прошьет человека на высоте пояса. Карл воспользовался мгновенным замешательством солдата, выстрелившего в пустоту, и снял его одним импульсом из «эскалибура». Человека охватило сияние, напоминавшее корону, затем черная униформа вспыхнула, и охранник рухнул. Запах горелого мяса наполнил коридор. Карл выбрался из лифта, левую руку с автоматом выставил вперед и дал две короткие очереди. Как только едва видимый мазерный луч возник на уровне пояса, а затем резко нырнул вниз и пламя омыло его левую кисть, он перехватил автомат правой рукой и, сориентировавшись по направлению луча, еще два раза коротко выстрелил в правый проход. На обгорелую левую руку старался не смотреть. В следующий момент, когда по стене, куда угодил луч, побежали языки пламени, он выскочил из кабины и открыл огонь, выпустив весь магазин в сторону отползавшего в глубь коридора охранника. Несколько пуль угодили в миротворца, тот вздрогнул и затих.
Карл медленно поднялся. Боль в раненой руке удивила его. Он медленно побрел по коридору, надеясь, что у Карсона немногочисленная охрана.
Прямая атака – вышибить дверь и ворваться в номер – это все, что пришло ему в голову в тот момент. С мыслями вообще творилось что-то неладное, да еще и боль в руке донимает. Вместо того чтобы выть или, по крайней мере, стонать от боли, он ничего, кроме изумления, не ощущал. Видимо, с ним действительно происходит что-то непонятное, не те реакции, не те мысли. Может, все дело в раненой руке или зараженная кровь уже добралась до головы? Не слишком ли быстро?
