— А вон, бутыли на полке.
— «Царская водка на мухоморах»?! А, не, вон деревенская сивуха, ею и несёт. Я уж было перепугалась… На мухоморах, поганках, жабах и гадюках. Убойный набор, однако…
Я осторожненько отошла. Да ну его, это любокопытство, я ещё жить хочу.
— Ну, если семейка Пай камни лопает за милую душу, у кого-то может быть талант и на такую экзотику.
— Свои блюда она точно не ела, так что это опять шедевры для ценителей. Одноразовых, — я поморщилась, но всё же начала осматривать дрыхнущую горе-ведьму. — Так, что тут у нас… серебряные подковки на цепочке. Других магических артефактов, кроме помела, здесь нет, откуда заключаем, что эти штуки как минимум могут создавать личины. Знать бы, как. Кстати, интересно, зачем метле рога?
— Упоры для ног, полагаю.
— То есть эта штука ещё и летает? — я аккуратно поставила помело от греха подальше в угол. — Тут какое-то клеймо даже есть. Ни… «Нимбус», что ли, дальше всё затёрто. Ладно, неважно. Отдавать местным эту дурищу нельзя, могут и прибить, отпускать — тем более. Что ж… подойдём к вопросу творчески.
Спустя час я вышла к небольшому селению. «Упакованная» в статуэтку трёхгорбой зебры из моей коллекции артефактов Джин Джем лежала в нагруднике, пещеру я завалила, заодно малость обнесла — забрала немногие съедобные припасы и то самое помело. Ну да, мне его стало жалко. Может, оно и не очень «живое», но что-то такое ощущалось. Серебряные подковки тихо бренькали, повязанные на метловище — не цеплять же на себя неизвестно как работающий артефакт, а иллюзию я и свою наложить могу, но сперва хочу посмотреть на реакцию местных. Метле висюлька вроде понравилась. Почивший в бозе крокодил обзавёлся роскошным склепом, тот угрюмый мужик бросил бухать, неведомая хрень предотвращена — пока всё идет неплохо. Так… А где все?
— Фея! Фея Убивающего Крокодила! Она идёт, спасайтесь!
Ч-чего?! Кто — я?! Какого сена? Ух ты, как тараканы из всех щелей, и все почесали… в лес. Аж вон кто-то из штанов выпрыгнул. Интересные у местных отношеньки с феями… Может, они все беглые пони? Да не, вряд ли. А вот и мой знакомец. С вилами. Один из всей деревни. Суровый товарищ, уважаю. Надо полагать, фейной крокодилой меня с его подачи обозвали?
— Зачем ты пришла? Хочешь занять её место? — Урфин старательно целился в меня вилами.
— В каком смысле? — я остановилась, медленно положила разочарованно скрипнувшую метлу и села. — Что она делала?
— Собирала дань всякой пакостью, иначе она грозилась всех превратить в лягушек, будто ты не знаешь! — рявкнул он, насупившись. — А чего ты от нас захочешь?
— Ничего я не знаю, я нездешняя, — я пожала плечами. — А чего хочу… Была мысль попросить или купить немного еды, а так — я просто иду мимо. А Фея Убивающего Крокодила — твоя работа?
— Ну а как ещё прикажешь назвать колдунью, прихлопнувшую ведьму тем вонючим чучелом? Будь она хоть крылатой роголошадью, — пробурчал Урфин, отводя вилы. — Ты правда здесь не останешься?
— Правда, правда. Харчей-то дашь? Я заплачу. И я аликорн, а не «крылатая роголошадь».
— Ладно, сейчас вынесу, — сказал мужик, минут пять пропадал в ближнем доме, мелькая в окнах, потом выволок здоровенную торбу. Отмахнулся от приготовленного кошеля. — Денег не надо. Это дом моей тётки, я сам вон там живу, на опушке, овощи-фрукты с огорода и прочий провиант ей иногда подкидываю, так что всё это от меня. Ведьма-то точно сдохла?
— Больше вы её не увидите, зуб даю, — я прибрала торбу к статуэтке, Урфин уважительно крякнул, я шутливо отсалютовала ему метлой — он машинально взял на караул вилы и слегка смутился.
— Служил?
— У Дин Гиора в Изумрудной Гвардии… пока она была. — Урфин помрачнел. — Урфин Джюс, гвардии лейтенант, честь имею.
— Очень приятно, меня зовут Луна. — я церемонно склонила голову. — А что случилось с гвардией? Раз ведьмы распоясались, она была бы весьма кстати.
— Гвардия не нужна Великому Гудвину… а до всех прочих ему давно нет дела. Кому что надо — идите в Изумрудный Город и обращайтесь к нему, вот и весь сказ, — Урфин невесело усмехнулся. — Если величайший из волшебников отыщет время и снизойдёт-с, так сказать, с высот… раньше было иначе, но нынче Гудвин не покидает стен дворца и никто уже и не помнит, каков он. К тому же, говорят, он умеет менять облик.
— Интересно тут у вас… — у меня появились кое-какие подозрения. — А если я пойду к Гудвину, и у меня будет к нему просьба — как попасть в столицу?
— Ничего нет проще, — хмыкнул Урфин. — Как выйдешь из села — сразу увидишь дорогу, вымощенную жёлтым кирпичом. Там, — он махнул рукой куда-то вправо, — всё давно заросло, наши границы стерегут неприступные горы, но дорога ведёт прямиком в Изумрудный Город. Только если ты хочешь, чтобы Гудвин отправил тебя домой — это вряд ли получится. Ты явно очень издалека — у нас тут всякое водится, но синие ро… то бишь аликорны — даже для Волшебной Страны перебор, а власть Гудвина дальше гор не простирается. Впрочем, кто там его знает.
