Клим и Клава сели в кресла по разные стороны комнаты.
– Клава – принцесса, – проговорил попугай из клетки.
Клим насыпал попугаю зерно в миску, чтобы замолчал.
– Глупость, какая! – воскликнула Клава. – Так не бывает! – прокричала Клава и в голос заплакала.
Клим налил стакан воды и протянул его Клаве, чтобы она успокоилась. В дверь вошел Мусин с унылым выражением лица.
– Спокойно, я все слышал и все знаю. Клава, хочешь, тебя будут звать «принцесса Клава». А что? Звучит сногсшибательно!
Клим принес Мусину чарку водки, чтобы не волновался за Клаву.
– Спасибо, дорогой! Но быть принцессой – не актуально, у меня кроме болота Клюква ничего нет. Я могу работать. Мне этого достаточно. Нет, я не принцесса, здесь какая-то ошибка, – сказала Клава, и поставила на стол пустой стакан.
– Ой, ты еще заплачь! Она не хочет быть принцессой! Да кто тебе даст быть принцессой? Посмотри, везде пишут и говорят, что принцесса Клава погибла, доказывают, что ее косточки найдены вместе с косточками, погибшего в автокатастрофе шаха. А это значит, что ты не принцесса! – гордо вымолвил Клим, и поставил стакан из-под водки на стол.
– Чушь! Клава – принцесса! – сказал попугай. Он задел пустую миску. Но вместо миски из клетки выпало кольцо с изумрудом.
Мусин поднял кольцо, потом медленно надел его на палец Клавы. Кольцо пришлось ей впору. Клим всегда считал Клаву принцессой и с попугаем был полностью согласен.
На следующий день подлетает Клава в МЛА к дому на болоте, а Клим на крыльце сидит, лестницу отверткой колупает, он местная звезда телеэкрана, только немногие люди могут попасть на экран. Поговорили они о трубах. Он сказал, что у себя дома он трубы прочистил и не менял. Ровно через неделю, все смесители стояли на месте по воле Клима, долгая история, современная, как и жизнь одинокой Клавы.
Сломался табурет на кухне, на котором сидел Клим. Ножка отломилась и не вкручивается. Чего проще! Поехала Клава в магазин, там стоят эти табуреты и все по одному. Взяла тот, у которого ноги, такие, как у тех табуретов, что у нее дома есть. Сверху все равно сиденья закрывались чехлом. Продавщица щедро дала пакет, сунула в него табурет, и табурет благополучно упал на пол. В руке Клавы остался порванный пакет. Пришлось отвернуть табурету ноги, и положить его в плотную сумку.
Вышла Клава на проспект. Дом от дома далеко! Место сказочное. С одной стороны поселок городского типа, с другой город с гигантскими домами. Стоит, глядит на дома, ждет автобус, поскольку МЛА в ремонте. Рядом фрукты овощи продают, а у нее табурет в сумке, класть фрукты уже некуда. Ждала, ждала, подошел автобус с турникетом, сунула в него магнитную карточку, и прошла в салон автобуса. Плюхнулась Клава на сидение, и радуется жизни.
Рядом девушка встала с парнем. Она – с русыми волосами. Он – с русыми волосами. Одним словом, оба они одной масти. У нее грудь прыгает под футболкой, ноги выпрыгивают из-под короткой юбки. У него глаза из орбит вылезают, так он на нее смотрел. Потом Клава заметила женщину с корзинкой, с такой фирменной корзиной, что глаз не оторвать, а корзина – полная опят. За окном дома большие, большие. Собрала Клава дома табурет, поставила на кухню, и позвонила Климу, чтобы навсегда прекратить одиночное существование, но его не оказалось в доме на трех дубах.
Клава, посмотрев новости с болота, решила сама съездить к Климу. На краю болота она увидела дом на трех дубах. В доме сидел Клим собственной персоной. Она от неожиданности присела на кресло, сделанное из пня дуба. Клим с удивлением посмотрела на Клаву.
– Ты дома? Почему трубку не берешь? – тихо спросила Клава.
– Я здесь живу давно один, – ответил он, как эхо, – звонить мне некому.
– Понятно, здесь одни комары и поговорить тебе не с кем.
– Так здесь не жарко, мой дом с обогревом. Я не жалуюсь на жизнь. А ты, что здесь забыла?
– Я давно тебя не видела, – слукавила Клава, – сегодня по ТВ показали тебя, твой дом на трех дубах, и это мой новый дворец на болоте. Вон его видно из окна! Но как я туда попаду? МЛА в ремонте. У тебя есть транспорт?
– Спрашивает! Здесь во все века один транспорт – ступа! – важно и насмешливо произнес Клим.
– А у тебя есть ступа? – с надеждой в голосе спросила Клава.
– Конечно, есть! Твой МЛА я починил, забирай! – бодро ответил Клим, поднимаясь с лежбища. – Мне ведьма Марья свою старую ступу удружила.
Вскоре они были на крыльце дома, стоящего на сваях, забитых в бесконечную топь болота. Они пили клюквенный напиток и заедали его свежей сдобной выпечкой. Разговор медленно переходил в монологи, в которых трудно было отделить правду от вымысла. Вечер выдался теплым, но комары не дали им излить свои души. Неожиданно Клим склонил голову и уснул. Уснула и Клава. Проснулись они на один век раньше…
